Мужчина узнал тот самый перекресток. Здание клиники. Светофор. Даже ту самую тачку. Но ракурс был другим. Снят с камеры видеорегистратора автомобиля. Другого, не того, который сбил... Который сбил...
Глеб не мог смотреть. Он знал, что случиться сейчас. Знал. И не был готов увидеть это все. Он же и без того сам не свой. У него вся жизнь – к херам. Как ему с этим дальше...? Он же тогда точно пропишется в психушке!
– Черт, Влад! Я не могу! – позорно и трусливо сдался Широков и осел в кресло.
Он слабак. Да. Чертов слабак.
Но он не может смотреть на то, как тачка сбивает с ног его маленькую и беззащитную ведьму. Он просто...
– Это не она...Не она... – сначала очень тихо, с сипом, шумно выдохнул Глеб. Он и сам не узнавал свой голос. Себя не узнавал.
В первые мгновения он не смог сделать вдоха. Не мог дышать. Его накрыло странным оцепенением. Звенящей тишиной. И комната перед глазами – ходуном.
Нереально это все. Не может быть. Он же сам видел... Сам все видел...
Дурак! Какой же он дурак! Размазня и кретин! Вместо того, чтобы действовать в тот день, он посыпался.
Закопался в собственном горе. А нужно было...
Но, твою ж, блядь, мать! Как оно все было складно. Как все сошлось гладко, что Глеб и не подумал перепроверить. И Туманов... Он же опознал дочь!
Глеб проглотил выпивку, будто воду. Не помогло. Мозг отказывался принимать информацию. Кажется, каждая извилина шевелилась с трудом. Со скрипом.
Нет, не мозги скрипят. Это стекло рассыпалось в его руке.
Глеб выронил планшет прямо на пол. Прижал ладони к лицу.
Пальцы дрожали. И голос совсем не слушался.
– Ты нашел... Влад, скажи, что ты нашел ее... Умоляю! Я просто свихнусь, если это не так! – голос сломался, как и сам Широков, но Глеб ничего не мог поделать с собой. Шквал эмоций. Ураган. Цунами. Казалось, его сейчас раздавит этим всем. Уже раздавило.
– Помнишь, как ты мне рассказывал после похорон? Как говорил, что сожалеешь обо всем. Как хотел бы изменить. Хотел бы вести сея иначе. Потому что Сабина – особенная для тебя. Помнишь? – настойчиво говорил Архипов.
– Не помню. Я бухой был в хлам. Но все так, да. Особенная, – бормотал Глеб.
– У тебя есть второй шанс, Глеб. Не просри. Понял? – назидательно продолжил Архипов. – А еще ты должен знать. Она не в курсе, что ее похоронили. Она просто сбежала. Так вышло. Совпадение. И она по-прежнему тебя боится. Понимаешь?
Глеб подскочил на ноги. Было мало места. Ему мало места. Ему нужно двигаться. Нужно увидеть Сабину. Нужно понять, что это не сон. Он не спит.
