И вдруг в тишине дома раздался грохот, словно кто-то со всей дури швырнул на пол кусок металла. Глеб скривился, вздохнул.
– Ой, простите, пожалуйста! – послышался звонкий голос Сабины.
– Что еще она могла там сломать? – пробормотал Широков, не ожидая получить ответа на свой вопрос.
– Прикажете убрать хрупкие вещи в сейф? – подал голос Мухтар и щелкнул крышкой ящика, в котором хранилась аптечка.
– Ну давай, – вновь вздохнул Широков.
***
Глеб смотрел исподлобья на девушку, сидящую напротив. Сабину от него разделял длинный стол.
Это даже хорошо, что она настолько далеко от него. Да, хорошо. Иначе он бы встал и придушил ее. Вернее, даже вставать бы не пришлось. Просто руку бы протянул и все.
Одна радость – Мухтар вовремя подсуетился и заставил охранников отнести все, что может разбиться, в подвал. Там была оборудована комната-сейф, где весь антиквариат и предметы, составлявшие ценность, можно сохранить от катастрофы по имени Сабина.
Пожалуй, за несколько часов, что девчонка провела в доме, Глеб стал понимать Ярослава.
Старик с радостью перекинул бремя опеки на его, Широкова, плечи. Еще и долги свои покрыл. Кажется, Глеба где-то провели, а он и не заметил.
– У вас ужасная кухарка, – фыркнула Сабина, взяла в руки ложку, зачерпнула содержимое из тарелки и перевернула ложку так, что вязкая каша плюхнулась обратно. – Разве это каша? Это не каша, а клейстер какой-то.
– Передам твои комплименты шеф-повару! – оскалился Глеб, – Его я, кстати, выписал из пятизвездочного ресторана.
– Зря. Верните обратно своего раба-повара.
Моя нянька и без всяких звезд готовит в сто раз лучше, – вскинула бровь Сабина.
– Предлагаешь взять на работу твою няню? – предположил Широков.
– Она не согласится. Скорее пошлет вас в... к черту, – хмыкнула девушка.
– Или отравит? – догадался Глеб.
– Зачем ей это? Я справлюсь лучше. Я собаку съела на пищевых ядах, – девчонка скрестила руки на груди и взглянула на Глеба с вызовом.
Врет? Глеб застыл с поднятой ложкой в руке. Взглянув на содержимое своей тарелки, мужчина прикинул, что в столовую он пришел гораздо позже Сабины.
И улыбка у нее больно уж кровожадная и коварная. Блефует? Или действительно что-то подсыпала?
Широков не захотел проверять. Вернул ложку на место и поднялся из-за стола.
– Ни шагу из дома, Сабина! Я распорядился стрелять на поражение. Любой охранник пустит тебе пулю в лоб, если увидит за порогом дома. Поняла? – рявкнул Глеб так, что у самого неприятно зазвенело в ушах.
Широков не стал оглядываться.
