— Тетушка Лира, — в голосе старосты появляются нотки злости, — подтвердите этой вашей новой… хозяйке, что с момента прошлого обмена на землю Элина приносила тебе ещё два кувшина молока, крынку сметаны и корзинку яиц.
Хм… Пытается набить цену, хотя даже мяса не было? Негусто что-то, негусто.
Перевожу взгляд на Лиру, та кивает.
— Учту все, — поднимаю бровь. — Мы же тут не для того, чтобы друг друга обмануть?
Лицо старосты аж передергивает.
— Не думаю, что жителям понравится ваше решение, — пытается надавить на меня староста.
— Земля для крестьян не то же самое, что монеты.
— Ждите здесь, — говорю я.
Да, наверное, от тщедушной девчонки такое не ожидаешь, но староста, хоть и жаден, достаточно предусмотрителен, чтобы сначала присмотреться.
Возвращаюсь в дом, чтобы взять монет.
— Не нравится он мне, — говорит Чес, шебарша рядом.
— Мне тоже, — говорю я, отсчитывая серебрушек. — Сдается мне, он тот ещё крендель.
— Страшно тебя тут одну оставлять, — деловито заявляет мышонок, — но я залезу в телегу да посмотрю за ним.
— Какой самоотверженный Честер! — улыбаюсь я и подставляю руку, чтобы он на нее забрался. — Но ты правда очень поможешь. Только будь осторожен, а то как я без тебя.
Он довольно поднимает мордочку и залезает на ладонь, слегка царапая ее коготочками.
Поросячьи глазки старосты алчно следят за монетами, которые я пересчитываю прямо перед ним, озвучивая вслух цены. Даже интересно, сколько из этого дойдет до крестьян? Впрочем, для того чтобы узнать это, Чес только что шмыгнул в телегу и затаился.
"
"— Что ж… Я не уверен, что ещё кто-то согласится передавать вам продукты, — напоследок говорит староста после того, как своими пальцами с заусенцами прячет монеты в кошель за пазухой.
Я провожаю взглядом поскрипывающую телегу с мыслью, что нужно подумать о воротах, а лучше — магической охране.
— Проблем принесет же, — говорит Лира.
— Не он первый, не он последний, тетушка Ли, — отвечаю я и подхватываю нехитрую провизию, что привез староста. — Возможно, я и хотела бы тихо тут отсидеться, да только не судьба.
Не готова я ради этого прогибаться ни под мачеху, ни под Рудвера, ни под этого жадного старосту.
И тем более думать о каких-то там драконах. Даже с шикарной… спиной. Даже если они мне в видениях приходят.
Лира смотрит на меня с теплой улыбкой.
— Ты похожа на свою мать, — говорит она. — Жаль, что ей отмерено в этом мире было мало. Красивая, пробивная была. Я рада, что Августа не смогла в тебе этого погасить.
