Дорога пролегала через лес, и неожиданно карета замедлила ход.
Что-то сломалось? Упало дерево?
Терпеть не могу эти медленные, громоздкие коробки. Гораздо удобнее передвигаться верхом на лошади.
Но не успела оформиться в голове мысль, как снаружи раздался звон металла и долгий, протяжный стон.
Глава 25
Эверли Дельвиг
От неожиданности я вздрогнула и зажала рот ладонью. Подалась вперёд и протянула другую руку к занавеске, пытаясь сдвинуть её чуть в сторону и рассмотреть, что там происходит.
Даррайн стремительно вскочил с места и навис надо мной, упираясь руками в бархатную спинку по обе стороны от моей головы.
И без того строгое лицо ректора вмиг стало жёстким, будто высеченным из гранита.
– Вы что… – пискнула я, но из-за мешающей ладони выдала лишь невнятное бормотание.
– Тихо, – прошептал мне на ухо строгим голосом, от которого прокатилась ледяная дрожь по позвоночнику. – Здесь сиди и чтоб ни звука, ясно?
Да что происходит?
Кто там?
Я встревоженно посмотрела в его глаза, кажущиеся чёрными, как бесконечная зимняя ночь, и кожей ощутила, как подавляет его аура.
Понятно, почему он мастер. Тут попробуй не подчинись. Энергетикой раздавит как букашку и не поморщится.
Не в силах выдавить ни звука, я кивнула, облизывая вмиг пересохшие губы. Даррайн одним стремительным движением выскочил из кареты, на ходу доставая из ножен на поясе два зазубренных кинжала.
В салон влетел бодрящий прохладный ветер, но я его едва почувствовала. Потянулась следом, чтобы закрыть дверцу, но застыла без движения, глядя, как Орхард яростно сражается с пятью неизвестными в чёрной форме.
Те были не такими мощными, как мастер-ректор, но их гибкие тела и ловкие движения говорили без слов о том, что они знают своё дело.
“Предусмотрительные, – закружились в голове беспокойные мысли. – Лица закрыты масками – видны только глаза. Кто вообще додумается нападать на одного из лучших воинов королевства? Это либо безумцы, либо…”"
"Даррайн Орхард двигался как смертоносный смерч, безжалостный и опасный. Первого противника он прикончил двумя точными ударами кинжала, затем выхватил меч из ослабевшей ладони поверженного и продолжил уничтожать врагов.
Ни секунды не колебался и не знал пощады. Каждое движение, даже мимолётное, было отточенным до идеала.
Он без тени сомнения сеял смерть.
“Посмотри, кому ты так вызывающе дерзила, Эверли, – укоризненно заметил внутренний голос. – Может, самое время извиниться перед ним и начать вести себя тихо, как мышь под веником?”
Меня аж передёрнуло.
