Но его мать долго отдыхала в санатории, лечилась, и мы не успели.
– Денег я тебе перевел, – гудит Раф с важным видом. – Холодильник забил, замок в ванной починил. У тебя всего должно быть достаточно. А теперь повтори, сколько раз в день ты должна мне писать?
Правильный ответ – не меньше десяти. Но я отвечаю по-другому, потому что уже немножко злюсь:
– Сколько получится, столько напишу. Ты уезжаешь всего на два дня, не переживай, все будет ок. И хватит разговаривать со мной как с ребенком.
– Ты не ребенок, – качает он головой.
– Просто я чувствую за тебя ответственность и хочу, чтобы у тебя все было хорошо.
Вот вроде бы ничего такого не сказал. Он мужик, и чувствовать ответственность для него – нормальное дело. Но так приятно…
Кто-то и вправду чувствует за меня ответственность.
Да не просто кто-то, а Раф!
Мне кажется, я потихоньку в него влюбляюсь.
Ой, что ж я себе вру-то! Себе-то зачем. Локомотив моих чувств к однокласснику мчит на полной скорости, и остановить его может разве что Великая Китайская стена.
И то не факт.
Меня не раздражает даже то, что последние полчаса он только и делает, что раздает мне ценные указания о том, что делать, чего не делать. Хотя уезжает в командировку всего на двое суток. При этом он, как обычно, старается не в меру, будто без него тут случится апокалипсис, поэтому он всеми силами старается его предотвратить своими наказами.
– Кристина, подставь губы, как я люблю, – просит Раф.
Стандартная просьба, когда он уходит на работу или куда-то уезжает.
Уже привычно запрокидываю голову, складываю губы трубочкой. Жду…
И Раф обжигает мой рот поцелуем. Он втягивает мои губы в свои, ласкает их языком, просовывает его внутрь.
Меня накрывает волной ощущений, да так сильно, что подгибаются колени. Он – профи поцелуев, занятий любовью и вообще мой любимка. Как я без него жила, не имею ни малейшего представления.
Когда Раф от меня отстраняется, я уже сама не своя, удерживаюсь на ногах лишь благодаря тому, что он, как всегда, бдит, придерживает меня за талию.
– Ты магнит, Крис, – хрипит он.
Потом резко мотает головой из стороны в сторону, будто бы приходит в себя.
– Пойду, поцелую пацанов, – говорит он.
«Не иди!» – хочу прокричать. Ведь еще раннее утро и они спят. Но не кричу, разумеется, потому что ему надо попрощаться с собственными детьми.
Остаюсь ждать на пару с его чемоданом в прихожей.
Раф очень быстро возвращается, почему-то с виноватым видом.
