Что он нес на суде… Это надо было слышать!
«Помогите мне спасти семью! Не лишайте детей отца!»
И так далее и по тому же месту.
Но главное не это, а то, как он преподнес ситуацию, когда ему дали слово: «Моя жена ушла от меня к сожителю. Это агрессивный и злобный человек, когда я попытался увидеться с детьми, он ударил меня!»
С этими словами Максим продемонстрировал судье свой фонарь под глазом, а потом продолжил: «Но я не обидчивый, не стал подавать жалобу. Я только хочу вернуть мою жену, я верю, что со временем она одумается.
Пожалуйста, только не лишайте меня и детей шанса на счастье. Глупая женщина, не ведает, что творит…»
– Рафаэль, лучше бы ты ему тогда не в глаз дал, а куда-то ниже, где не видно, – стону, упираясь лбом ему в плечо.
– Ну уж прости, куда попал, – беззлобно ворчит он. – Не переживай, Крис. Все равно разведут, а до этого времени я тебя в обиду не дам. И потом не дам…
Меня до сих пор трясет от всей той ереси, что Максим нес на суде, но рядом с Рафом чувствую себя хоть немного лучше.
Дети облепляют нас со всех сторон.
– Обнимашки! – кричат хором.
И мы обнимаем их, насколько хватает рук, ведь их у нас всего четыре, а детей пять…
Однако картину портит все тот же Максим, проходящий мимо.
– Недолго вам осталось обниматься, – пророчит он.
* * *Кристина
Я слышу звонок в дверь и спешу в прихожую.
Иду как есть – в фартуке, с половником, ведь готовила для детей суп.
Уверенная, что это доставка продуктов, которые я заказала, открываю дверь.
Однако на пороге не курьер.
Там Максим собственной персоной.
Причем недовольный моим видом.
– Что, он уже превратил тебя в кухарку? – возмущается бывший. – Не ценит он тебя, Кристина. Вот я…
– Ты че приперся? – шиплю на него, параллельно перехватывая половник на манер дубинки.
– Почему ты воспринимаешь меня только в штыки? – возмущается Максим. – Я вот принес детям подарки, стараюсь меняться…
С этими словами он демонстрирует мне пакет, из которого выглядывают головы дешевых кукол, какие можно купить в бюджетном супермаркете на соседней улице.
Причем куклы две, а не три. Но у меня даже нет сил, чтобы как следует позлиться на это обстоятельство.
С тех пор как случилось заседание суда, прошла неделя. И за эту неделю Максим что только ни успел сделать.
Во время первого своего визита вежливости он припер нам чемодан с речью, от которой я выпала в осадок: «Я вот хотел купить девочкам новую одежду, а потом подумал – зачем? Есть же старая. Вот и принес. Ты извини, Кристиночка, за то, что забрал.
