– Да и то сказать: в своем праве он был, хоть и не дело затеял. Ить и до вас она никак не касалась. Он ей няньку нанял. А эта-то первым делом старую Нору со двора согнала…
Ну вот, кое-что становится понятнее. Девочка – бастард моего мужа. Росла с нянькой при доме отца. Сейчас сестрица няньку выгнала, девочку сослала на кухню, а мне предлагает взять ее к себе. Думаю, если бы она могла, она бы и девочку выгнала. Значит, как-то права ее защищены. Скорее всего, в документах, может быть, в завещании. И сестрица вела речь о приданом.
Значит, точно, защитил ее отец. Остается решить: мне-то самой это нужно? Судя по всему, я после оглашения завещания и сама мгновенно превращусь в приживалку.
И потом… Я прекрасно помню историю троюродной сестры, Ольги. Она в девяностых выскочила замуж за какого-то братка и прожила с ним года четыре. А когда того свои же закопали, оформила опеку над его сыном. Сама она почему-то не могла родить, а этого-то с детства знала. Мальчишке тогда было лет одиннадцать-двенадцать, что ли.
"
"Отношения я с ней не поддерживала – слишком дальняя родня. И виделись-то только на каких-то общих свадьбах-похоронах, раз в год-два, не чаще. Но от других слухи доходили: и на учете он стоял, и штрафы она выплачивала. И курить он начал лет в тринадцать, и дома не ночевал, и пьяным его ловили. Сел за ограбление сразу после восемнадцати. Тогда, помниться, собирала она по родне деньги на адвоката для сына. Даже я немного дала, так жалко было Ольгу эту. Приходила к нам за деньгами, седая, вся ссохшаяся от горя.
Давала и понимала: бессмысленно это. Яблочко от яблоньки…
Как тогда блондинка сказала? «Ребеночек твой помер. Так, что барон теперь Варуш! А баронесса – я!». Значит, ее мужа зовут Варуш, а ее саму, до сих пор не знаю как. Это значит еще, что настоящая Любава была замужем за неким бароном, который помер. Похоже, со смертью мужа она потеряла и титул, и все права.
Да, можно понять – в моем мире тоже титул переходил по мужской линии. Получается, что овдовела Любава, когда была уже беременна.
И поскольку она носила ребенка, то никто не мог сказать, мальчик будет или девочка. Значит, ждали родов и не появиться ли новый наследник титула по прямой линии. С этим я разобралась.
Следующее: у барона, мужа Любавы, была незаконнорождённая дочь. Незаконная, но признанная отцом. У дочери есть некое приданое. Держать ее в доме сестрица не хочет. Кстати, раз титул получил ее муж, значит, он брат или другой родственник мужа Любавы.
