-- Ежли немножко попалили, то это и не страшно, – ободрила меня Нора. – Это, может быть, кто-то сильно важный к герцогу в гости приехал. Салют такой дают в честь гостей. Ежли у правителя ребенок народился новый, тоже могут пострелять. А если бы нападение было, то стреляли бы не так часто, но сильно дольше, чтобы даже в дальних деревнях узнать успели, что неладное творится. Так что вы, госпожа, не беспокойтесь.
Новости мы узнали только к полудню следующего дня, когда из Энкерта вернулся маленький обоз, и Леста попала домой.
Мешочек с деньгами в этот раз был поменьше, зато монет больше серебряных: яблоки и груши в конце зимы – дорогое удовольствие. Сама же новость показалась мне ужасной:
-- Мы еще доехать не успели, как эта самая пальба поднялась! Прон с Матео даже заспорили, не стоит ли телеги от греха домой повернуть. Только пушки быстро отстрелялись. Ну, староста и успокоился, а как в город-то въехали, там уже все знали.
Умерла графиня Бетрина фон Клеманс, мать герцога.
Это в ее честь палили пушки.
-- … сказывают, простыла она сильно и чуть не неделю в горячке лежала. Герцог лучших врачей собрал, ан и они не помогли. В замок в этот раз мы соваться не стали. Туда на похороны высокородные съезжались, охраны чужой полно. Так я уж и не рискнула. Ну, народу в городе много, так мы и на рынке неплохо расторговались.
-- Когда будут хоронить графиню? – я подумала о том, что мне стоит проводить эту женщину в последний путь.
-- Так, госпожа Любава, пушка-то и стреляла, когда хоронили. А ежели вам за графиню беспокойно, так можно в храм съездить и заупокойную заказать. Глядишь, у вас на душе и полегчает.
Так я и сделала. Мне было искренне жаль эту спокойную и приятную женщину, потому в ближайшие дни я съездила в соседнее село и заказала заупокойную службу по ней. Пусть я агностик, но она-то, безусловно, была верующей.
***
Последний месяц зимы я доживала в каком-то тоскливом состоянии духа.
Брак с бароном день ото дня становится все более реальным и неотвратимым. Грешным делом, я даже подумывала, что зря отказалась от брака с тем стариком, которого предлагал герцог. Может быть, мне было бы легче остаться в городе, а не возвращаться в тот замок, где так отвратительно текла жизнь настоящей Любавы.
В то же время я понимала, что барон Варуш фон Розер – опекун Элли. Он забрал бы у меня девочку просто ради мести.
