Кочаны были не слишком крупные, но очень крепкие, плотные и отличной сохранности.
Прон, упаковывая наше добро и заботливо прикрывая его слоем соломы, чтобы не промерзло в дороге, сказал:
-- Ить об эту зиму последний раз катаемся. Недели через две уже можно и оттепели ждать, а там и дорога раскиснет. Дальше – только в объезд.
– Посмотрим, Прон. Может быть в этом году дорога так сильно и не будет раскисать: все же за осень часть воды слиться успела. Конечно, там тоже могут быть роднички небольшие, но все же, я надеюсь, что осенью так и будем по прямой ездить.
– Ваши бы слова, да Господу Богу в уши! – недоверчиво сказал Прон.
Отправив Лесту в город, я решила перенести занятие с Элли на после обеда: слишком уж хороша была погода с легким морозцем и розоватым зимним солнцем. Лучше мы с ней сейчас погуляем, пока нет ветра.
Я была права, что поторопилась с прогулкой: уже после завтрака, когда мы вышли, поднялся легкий ветерок, пока еще не слишком противный. Мы несколько раз скатились с Элли с горки, и вдруг раскрасневшаяся и румяная малышка замерла к чему-то прислушиваясь.
В Энкерте была пушка, которая стреляла ровно в полдень три раза. В хорошую погоду тихий звук выстрела долетал и до нас. Правда, больше это было похоже на тот хлопок, с которым пробка вылетает из бутылки шампанского. Но сейчас, во-первых, до двенадцати было еще далеко. А во-вторых, эти хлопки шли один за другим с какой-то пугающей частотой.
– Любава, что-то случилось? – девочка была не на шутку встревожена.
– Нет, малышка.
С чего ты взяла? – я легкомысленно пожала плечами и попыталась усадить ее на деревянную дощечку, на которой мы катались, но малышка вывернулась и возразила:
-- Нет-нет, Любавушка... ты послушай сама!
Хлопки между тем все еще продолжались, а Элли, испуганно подняв на меня глаза, спросила:
-- А если война будет, то что…?
-- Элли, ну что за глупости! Какая война, с чего ты взяла?
-- На кухне старая Олица рассказывала, что если нападают на замок, то крестьянам сигнал подают из пушки.
Стреляют много-много раз, чтобы они спрятаться успели и скотину увести."
"Слова малышки испугали меня. Таких вещей я просто не знала. И не знала, правду ли сейчас говорила Элли или это местная страшилка для детей. Поняв, что прогулка безвозвратно испорчена, я увела ее домой. Там, у Норы, уточнила: правда ли?
-- Если нападение, то стреляют! -- подтвердила нянька. – А много ли выстрелов было?
-- Я насчитала двенадцать или тринадцать. Но могла и сбиться.
