Я бы прямо сейчас отнес ее наверх и не выпускал из своей спальни, пока бы не утолил свой голод, но боялся ей навредить. Она еще не совсем оправилась ото всех событий. Наши отношения оборвались на самом пике, а теперь, когда все прояснилось, я ни о чем другом думать не мог, как снова быть рядом с ней.
Прижался губами к пульсирующей жилке на ее шее, опустил руки на ее ягодицы и с силой их сжал. Мой член уперся в ширинку, причиняя сильный дискомфорт. С момента последнего нашего расставания я ощущал только один голод, который едой утолить было невозможно.
Эти отношения изначально были похожи на американские горки, а я обожал риск, меня заводила ее нерешительность, сопротивление своим чувствами и одновременно страстность. Сейчас же она принадлежала мне, я больше никуда ее не отпущу и никому не отдам. Имел на это полное право.
Потянулся к ее губам и впился требовательным поцелуем, проталкивая язык ей в рот. Она отвечала мне, словно не было между нами этих дней разлуки и никаких недоразумений.
Усилием воли я заставил себя прервать поцелуй. Шумно втянул в себя воздух и отпустил ее, не иначе все закончится именно так, как рисовало воображение. Но для Жени будет лучше пока поберечься.
— Так понимаю, ты хочешь вернуться к тому месту, с которого у нас все так внезапно оборвалось? — она подняла глаза и тихо заговорила. — Я бы дала зеленый свет этим отношениям, но я пережила не просто предательство близкого человека, он попытался меня убить, растоптал меня… Мое желание к тебе не поддается никакому логическому объяснению, меня тянет к тебе, и тем не менее это всего лишь физиология, а я тебя не люблю.
Все, что я хочу — родить этого ребенка и стать мамой.
Женя отошла от меня и села на стул, а я ощутил снова злость. Но не на Женю, нет… Руки сами собой сжались в кулаки и налились свинцом. Будь моя воля, я бы прямо сейчас отправился в участок и сделал то, что обещал себе больше никогда не делать — избил бы Ливанова до такого состояния, что сажать в тюрьму его бы уже не пришлось.
И я обязательно это сделаю. Завтра же поговорю с Мартыновым, чтобы он разрешил мне встречу в следственном изоляторе с подонком. С ним давно уже было пора поговорить по-мужски.
=36
Евгения"
"Всю ночь я ворочалась и не могла найти удобного положения, чтобы заснуть, хотя до этой ночи со сном проблем у меня не возникало. В голову лезли мысли об Игоре. Если бы могла вычеркнуть из памяти все воспоминания об этом человеке, сделала бы это немедленно.
