Очень. Самарский, а ты готов иметь огромный горб?
— Вот сейчас я, пожалуй, не догнал.
— Ну так догони. Через месяц наших отношений у тебя будет горб. Огромный и некрасивый горб. Будешь скрюченным мужиком, согласен?
— Позволь спросить, а в честь чего он у меня будет?
— В честь того, что я буду на тебе ездить. Во всем и всегда, — беру полотенце со стола и начинаю вытирать его мокрые волосы. — И не жди от меня секса в ближайший месяц, ты натрахался на несколько жизней вперед.
— Месяц?
— Каждый вопрос по этому поводу накидывает еще один месяц.
Так что уже два. В твоем случае лучше заткнуться и согласиться. Ну и самом собой, о нас никто не должен знать.
— Пока не должен знать. Я согласен.
— Если человек быстро соглашается, значит слишком хорошие условия. Надо что-то ужесточить за всех этих пробл*душек.
— Даже так? — наигранно удивляется Олег.
— И не только так. Я хочу есть. Твой омлет, кстати, уже остыл. И после завтрака я хочу рассказ, как ты сходил с ума по малолетке, то есть по мне.
— Ты серьезно?
— Вполне.
Олег выхватывает из моих рук полотенце, кидает его на стол и притягивает меня к себе.
— У меня язык болит столько болтать. Но так уж и быть, я как-нибудь расскажу тебе сей занимательный рассказ. А теперь давай есть. У нас насыщенная программа, — быстро целует меня в губы и встает со стула.
Глава 19
Никогда бы не подумала, что Олег такой любитель природы. Хотя, чего лукавить, как оказалось, я о нем вообще мало что знала. Вместо того, чтобы слушать занимательный рассказ о том, как по мне в тайне пускали слюни, вот уже два часа мы гуляем по лесу.
А хуже всего, что мои нетренированные мышцы не готовы к таким нагрузкам. Я устала и, несмотря на съеденный недавно омлет, хочу есть, в особенности чего-нибудь сладенького. С удовольствием бы съела брикет сливочного мороженого, а лучше два. И ко всему прочему меня приперло в туалет. Пусть на улице уже не так морозно, но оголять попу и мочиться при Олеге, ну совсем не хочется.
Кажется, при мужчинах этого вообще не стоит делать, ну или можно после миллион лет брака. Это пока точно не наш вариант. А еще у меня нестерпимо чешется голова, то ли от дурацкой шапки, которую на меня заботливо натянул Самарский, то ли от того, что Вадик меня чем-то наградил. В общем сплошной дискомфорт, хотя должно было быть идеально, ведь я рядом с тем, о ком мечтала всю свою сознательную жизнь. Останавливаюсь и немного перевожу дыхание.
