– Действительно красивые, – свекровь тоже вышла узнать, что за суета.
Цветы. Розы. Очень красивые. Крупные бутоны со следами росы на лепестках и длинные ножки с изумрудными листьями. Они были разных цветов и хаотично смешаны в изумительный букет: красные, розовые, белые. Страсть, нежность, чистота. Это лично мои ассоциации. Ведь иногда цвет – просто цвет, а букет – всего лишь дань вежливости.
– Кто это тебе такие подарки дарит? – ровным голом поинтересовалась свекровь.
– Не знаю, – обронила и попыталась карточку найти.
Нашла и не только ее. В мягком наполнителе на дне лежал плоский длинный футляр и записка.
С днем рождения.
Вадим.
Бывший муж не забыл. Красивый жест и сухое поздравление. Я открыла футляр на автомате: на бархатной подушечке лежал браслет и пара колец, которые крепились к нему великолепными алмазными нитками. Очень интересная и утонченная вещь. Вероятно, на заказ сделанная.
– Мам, а можно примерить? – тут же попросила Ника.
– Очень щедро для бывшего мужа, – поделилась впечатлением Ирина Владимировна, взглянув в карточку.
Я вспыхнула. Она ведь права! Вадим больше не мой мужчина, и я не должна принимать такие подарки.
– Ника, там пирожные попробовать нужно, ну-ка разберись. – Я использовала беспроигрышный вариант избавиться от ребенка. – Ирина Владимировна, может, заберете? Передадите Вадиму, потому что это все, – я обвела руками коробку в воздухе, – лишнее.
– Нет уж, – отозвалась она. – Сами разбирайтесь: то ты просишь, то Вика…
– Вика? – не поняла я, но по лицу свекрови ясно, что вычленила информацию верно.
Неужели уже с родителями любовницу познакомил?
– Ладно, – она вздохнула тяжело. – Все равно узнаешь. Это старая история. Вадим еще в школе с этой девочкой дружил. Я ее родителей знаю хорошо. Александр Иванович с Зиминым по госслужбе знаком. В общем, она уехала сразу после школы во Францию, а сейчас вернулась. Они с Вадимом сначала по работе контактировать начали, а сейчас вроде отношения у них.
– Понятно, – выдохнула я. Мы же в разводе. Мне все равно должно быть… Черт.
Как же так? Как же так?!
– Катерина, прости, – извинилась Ирина Владимировна вполне искренне. – Не хотела, чтобы так происходило с вами, но… Прости, что вынуждена рассказывать.
– Она его первая любовь? – спросила, прежде чем язык прикусить.
– Да какая любовь в семнадцать лет! – отмахнулась свекровь, но я поняла, что в точку попала. Теперь мне все ясно. Пазл собрался.
Вот и «коллега» нарисовалась, и причины такого неожиданного увлечения.
