– Я люблю тебя. Больше всего на свете люблю. И папа любит. И всегда будет любить.
– А если он жениться на тете какой-нибудь, мачехе! – и еще пуще разрыдалась.
– Поверь, папа не даст тебя в обиду никакой мачехе. Если у него кто-то появится…
– Или у тебя, – очень рационально заметила Ника.
– Или у меня, – согласилась я. – Мы все равно будем любить тебя с каждым днем все сильнее и сильнее. Ты мне веришь?
– Верю, – пискнула она и очень крепко обняла за шею.
– Ты задушишь меня! – теперь я кряхтела, заваливаясь на бок.
– Вероника, пошли одеваться, мы в парк собирались. Пойдем-пойдем, – Елена Ивановна очень вовремя появилась и забрала ее, отвлекая насущными делами. А я так и осталась сидеть, глотая слезы. Мне было больно говорить это. Я никогда не думала, рожая свою девочку от самого дорого и любимого человека, что придет время говорить ей: мама с папой разводятся…
2011 год, декабрь, Москва
Две полоски. Я дрожащими руками держала тест на беременность, в кровь разгрызая губы. Две полоски. Набросила на обнаженное тело мягкий белый халат в пол и спрятала тест в карман.
Я не готова. Совсем не готова. Мне всего двадцать лет! Я еще учусь. У меня нет ни опыта, ни знаний! И я очень боюсь. Всего боюсь. Вадиму говорить боюсь. Мы четыре месяца вместе, не считая тех, что с ума сходили: он догонял, а я убегала. Как сказать ему?! А вдруг решит, что специально залетела? А вдруг…"
"– Кать, – я услышала, что зовет меня и вытерла глаза, медленно воздух втягивая. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Вышла из ванной.
– Мы едем, нет? – Вадим посмотрел на меня пристально. – Кать? Что-то случилось?
Я только головой покачала, пряча глаза от него. Такого красивого, уверенного в себе, одетого в стильный костюм, окруженный ароматом дорого парфюма и шлейфом больших денег. Теперь я точно знала, что Вадим не папенькин мажор. Но семья его входила в правящие элиты страны. А я всего лишь Катя Румянцева, студентка-третьекурсница, из обычной московской семьи, и я совершенно ему не подходила. Сегодня у матери Вадима день рождения, и он со мной хотел пойти, представить родителям, в свой круг ввести.
Но как я теперь пойду?!
– Кать? – Вадим привлек меня к себе, присел в кресло и меня потянул, на колени усаживая. – Мальвина моя, давай рассказывай, – а сам взгляд поймать пытался, увернуться не давал. Я прикусила щеку и достала из кармана тест, ему протянула, а сама за густыми волосами спряталась. Я не хотела видеть его реакцию, только молча позволяла соленым слезам по щекам бежать.
