Она в кроличьих ушах, и с раскрашенной аквагримом личиком. Такая красивая, как настоящая принцесса. У меня за спиной разрывались салюты, а у нее сверкали гирлянды. Я слышал смех и разговоры, дружное ура и звон бокалов.
– Папа, спасибо за хрустальный замок, мне очень понравилось. А ты открыл?
– Нет, дочь, – и в сторону Никольской двинул, машину найти нужно, – сейчас открою.
– Пап, – она ушла в тишину моего кабинета, – я люблю тебя. И очень хотела бы, чтобы ты тоже с нами отмечал. Очень хотела бы.
– Я тоже тебя люблю.
Мы отметим еще. Ты сегодня до скольки не спишь? – тему сменил, заметив, что дрожит подбородок. Праздник, не нужно слез. Все, что происходит – заслуженно. Я остался с тем, чем положено мудакам. Разрушил, променял, растоптал. По работе и награда, народная мудрость. Прав народ, прав.
– Мама разрешила, пока не упаду.
– Здорово! Везет тебе.
– А ты как?
– Нормально, гуляю.
Через три минуты Ника побежала искать новогодний десерт, а я, дойдя до машин, понял, что вести не могу. И коньяк закончился.
Подарок взял и проветриться решил. Сам не знаю, как до Патриарших дошел. На дом свой не смотрел принципиально. Там жизнь, а я на морозе. Вот такие пирожки.
Сел на спинку лавочки и смотрел, как снег кружит над прудом. Здесь было тихо. От ресторанов на Бронной веяло суетой, но мне не мешало: я как в заколдованном месте был. Я девять лет жил здесь. С Катей беременной на каждой лавке обжимались (ее ночами гулять тянуло), с Никой маленькой коляску туда-сюда вокруг пруда. Кофе утром в «Патрике» пили и ели блины с черной икрой.
Это мой дом, в котором меня больше не ждали. Любимая женщина, которую своей не имею права называть. Дочь родная, вынужденная быть буфером между разведенными родителями. И все это я."
"Я достал телефон и написал:
С Новым годом, Мальвина
Сообщение улетело без ответа. Но сразу звонок поступил:
– Да! – а вдруг.
– Дым, ты там как? Что не отвечаешь? – Костик был навеселе.
– Все норм, живой. Ты где?
– В «Gipsy», приезжай, здесь оху-ен-ноооо!
– Ага, давай. Буду.
Я посмотрел мессенджер – сообщение даже не прочитано. Поднялся и пошел. К машине далеко пилить, да и не освежило меня. Не хотелось бы сдохнуть сегодня. Карма – дело такое.
Такси в новогоднюю ночь послало меня на три буквы: час ждать – это как вообще?! Это законно?!
Я спустился в Метро. Спасибо Сергею Семеновичу, что на всю ночь запустил поезда, да еще расщедрился денег не брать до шести утра.
– Благородство! – ехидничал я.
Одна пересадка, и я дома. Как просто.
