Ах да, Эрмитаж… Перед ним стояла маленькая сухонькая старушка-смотрительница. Бабулька испугалась его реакции и выпучила бесцветные глаза.
– Простите ради Бога! – пролепетала она. – Я не хотела вас напугать. Просто вижу, вы как завороженный стоите уже минут пятнадцать…
– Не может быть! Засмотрелся… Ножи понравились…
– Стилеты особой ценности не представляют – обычные атрибуты эпохи рыцарства… А вот от этого перстня лучше держаться подальше. Иначе недолго и с ума сойти…
Старушка развернулась и, переваливаясь с ноги на ногу, как утка, направилась в другой конец зала.
Надо было работать. Витрина из толстой стали, замки внутренние, судя по крестообразным замочным скважинам, непростые. Это практически сейф. Надо идти сквозь стекло…
Студент оглянулся. Посетители в основном толпились возле доспехов и оружия. Он положил на середину стекла кусочек темной нитки, мизинцем свернул ее в кольцо. Снова оглянулся, достал пузырек из-под пенициллина, закрыв собой витрину, капнул кислоту в нитяной кружок.
Пусть работает. На темном стекле ничего не видно.
Опять прошелся по залу, остановился у распахнутых входных дверей. В торцах дверной рамы торчали металлические цилиндрики – подпружиненные датчики сигнализации. Два с левой стороны, два – с правой. Ясен перец… Можно возвращаться в Монино. Но уходить почему-то не хотелось. Ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы еще раз не подойти к фартовому перстню, а направиться к выходу из музея.
Через два часа Студент с Козырем и Шутом сидели на веранде старого деревянного дома и обсуждали последние детали.
В сумерках белой ночи зловеще шелестели разросшиеся кусты сирени.
– Шут покажет черный вход в бункер, где зимой лежит уголь, – своим глуховатым голосом размеренно говорил законник. – Спрячешься там, дождешься, пока все уйдут, потом подломишь хлипкую стеночку, вылезешь в общий подвал и выйдешь в вестибюль…
– Откуда известно про стеночку-то? – перебил Студент, который сразу хватал самые важные для себя вещи.
– Мы же дело готовили, вот Шут там все и разнюхал…
– И чего ты разнюхал? – Студент повернулся к Шуту. Против обыкновения, сейчас тот был серьезен.
– Я с ночным сторожем закентовался, водки попил, по душам поговорил… Под эту лабуду я с ним там все облазил. Пару раз в подвале бухали, как раз рядом с угольным бункером. Стенка действительно плевая – фомкой пару досок отдерешь, и все…
– А что за сторож?
– Сергеич. Алкаш.
