Я привыкла к физическим нагрузкам и походам, но по сравнению с Данте была как чахлая осинка рядом с благородным кедром. Жалкая и слабая.
— Привал, — приказал Данте, когда я чуть не свалилась в ручей и свалилась бы, если бы Данте меня не удержал."
"— Я в порядке, могу пройти еще столько же, — кажется, получилось слишком бодро, потому что Данте стащил с меня рюкзак и протянул флягу с водой.
— Конечно, можешь, а еще умереть от обезвоживания.
Он даже не запыхался и не вспотел.
К фляге я припала жадно.
Не пила всю дорогу, боясь отстать.
Как старуха подползла к ручью и умылась, прохладная вода освежила. Прогнала весь бред, который я себе придумывала, пока мы шли.
В лесу было тихо, только где-то очень далеко стучал дятел и деревья шептались о чем-то в вышине.
Данте сунул мне в руки бутерброд с колбасой и сыром, который я съела со скоростью, для девушки неприличной. И протянул кружку с остывшим кофе, ничего вкуснее в жизни не пила.
Передышка была краткой.
Через десять минут мы снова шли по лесу, с каждым шагом уходя от цивилизации все дальше.
— Переночуем на берегу, дальше обойдем озеро и двинемся к заимке Лешего, — Данте снял рюкзак, а я как зачарованная уставилась на золотистое в лучах заходящего солнца озеро, обнятое изумрудным кольцом деревьев.
Заметив, что я не реагирую на его слова, Данте подошел ко мне, стащил с меня рюкзак. Я едва подавила болезненный стон.
— Устала, маленькая? — Спросил он с прежней мягкостью.
— Ни капли, еще поплавать хочу, — упрямо поджала губы.
— Поплавать, — Данте усмехнулся, — это мысль.
Он снял футболку, расстегнул ремень, снял ботинки и брюки вместе с боксерами. Я опешила, но слишком вымоталась, чтобы испугаться. Но взгляд приковал его член. Какой же он у него все-таки большой и тяжелый.
Глава 10
Щеки запылали ярче заката на небе. Искупаться хотелось невыносимо, от воды пахло свежестью. Стоило представить, как погружаюсь в прохладную негу, как натруженные за день мышцы ныли в предвкушении.
Но войти в воду вместе с Данте значило только одно, он возьмет меня прямо в этом озере.
Закрыла глаза, чтобы не видеть его атлетичного тела, в голове было слишком много мыслей, а в груди слишком много чувств. Мне надо успокоиться, подумать, привести мысли и чувства в порядок. Близость Данте делала каждое мгновение таким острым, что я вся кровоточила от порезов.
