Или знал?
— Не знал. Этого о ней нарыть не удалось. Видимо, об этом знал очень ограниченный круг лиц.
— А может… может никто не знал и это случайность?
— И при этом эту тряпку надушили так, что даже у меня в горле дерёт? Сама в это веришь?
Пришлось признать, что не верю. Таких совпадений не бывает. Но ведь Тэрэса-то о своей аллергии знать должна была и запах бы почувствовала. Значит этот новый злопыхатель рассчитывал, что она об этом не помнит, следовательно уже слышал, что королева потеряла память после отравления.
Как же всё запутанно и как это всё достало! Пока я делаю неутешительные выводы, Яргард умудряется стащить с кровати покрывало и завернуть меня в него чуть ли не с головой. И вот так вот в виде кокона меня транспортируют в гостиную, где усаживают в глубокое кресло. А потом он всё-таки вызывает Гиерно. Тот является почти сразу. Окидывает цепким взглядом сначала короля, потом меня, нахохлившуюся и приготовившуюся держать внутреннюю оборону от его неприязни.
— Ваше величество. — склоняет голову безопасник и тут же переводит вгляд на короля, словно потеряв ко мне интерес.
— Я нашёл вот это. Думаю, оно было спрятано под иллюзией, которую не смог рассмотреть даже я.
И с самым обличительным видом протягивает королю ту самую записку. А в глазах буквально читается: “Я же говорил!”. Мой супруг спокойно берёт в руки злополучную бумажку.
— Это то послание, о котором ты говорила? — интересуется, бросив на меня быстрый взгляд, прежде чем начать читать.
— Полагаю, что да. — пожимаю я плечами, изображая полное равнодушие.
Вот ведь гад этот Гиерно. Я конечно могу его понять… Но всё равно обидно. Что-то я уже совсем расклеилась. Когда этот проклятый день закончится?!!
Глава 18
— Кто доставил эти подарки? Граф Стэйван лично? — уточняет Яргард, пробежав глазами записку, после чего складывает её и протягивает мне. Приходится выпутываться из покрывала, чтобы взять такую ""жуткую улику"" моего коварства. Мельком глянув, убеждаюсь, что это то самое письмо."
"— Да. Эти, от королевы Марисы, и другие, которые проверку не прошли.
— поморщившись сообщает Гиерно.
Ему явно не пришлось по душе, что я про записку сама рассказала. Наверное, теперь думает, что это было сделано специально, чтобы втереться в доверие к королю. Ведь, по сути, ничего предосудительного в этой писульке и нет. Всё зависит от того, как её подать.
— А что с ними? — вырывается у меня.
— Простите? — поворачивается он всем корпусом ко мне. И глазюки подозрительно щурит.
