Я… Я одна во всём виновата, поэтому срывайся на меня.
– Нет, колючка. Тебе хуже всего, если из-за тебя страдают остальные. Я помню, и ты тоже помни об этом. Когда в следующий раз попытаешься сделать вид отношений с кем-то другим.
– Ты сам так решил! Потому что у тебя, очевидно, не принято дружить с девушками. Я гожусь только на то, чтобы согревать постель. Не так ли?"
"Взмахивает своими волосами, проходя мимо меня. Обрывает разговор резко, будто имеет право так со мной говорить. А я вместо того, чтобы впечатать в стену и всё обсудить, спокойно иду за ней.
Не ебарь.
Друг.
Разницы нет, я уверен, что при желании сопляк с радостью бы затащил Аду в кровать. Просто случая удобного не было. Я могу его помиловать, но не подпустить.
– Хал! – пытается вырвать у меня из рук чистую рубашку. – Мою ты разорвал.
– Ты не будешь ходить в вещах другого мужчины.
– И голой я тоже не буду ходить. Прости, у тебя поменялись приоритеты? Теперь я могу светить «жопой и сиськами» перед всеми?
– Я так и не дождался благодарности.
– Благо… Ты знаешь что такое конструктивный и логичный диалог? Мы вообще не с этого начинали.
– Начинала ты, а я веду так, как мне нужно. Я подарил тебе платье, можно сказать «спасибо».
– Спасибо, - выплевывает, но вдруг смягчается. – Спасибо, мне действительно понравилось то платье.
– Блядское.
– Да, блядское. Которое ничего не прикрывает. И прозрачное. И оно у меня. Так что, спасибо. Действительно спасибо за то, что хоть в этом плане услышал.
– Ты не будешь его надевать на улицу.
– Только к тебе в постель?
– Можешь по дому.
Смотрит на меня медными глазами, сверкает. И сдерживает себя, ломает, чтобы не бросить очередную колкость. Понимает, что кружит по тонкому льду. И с каждым словом всё сильнее на него давит.
– Здесь есть запечатанная, новая, - показывает мне другую рубашку. – Никто не надевал до меня. Так можно?
– Да.
Падаю на диван, убирая мягкие игрушки. Смотрю, как девушка стягивает ошметки одежды, оставаясь полностью обнаженной. Поворачивается ко мне задницей, с острыми лопатками и прямой спиной.
Любуюсь ею, зная, что смущается. Не показывает этого, кусается в ответ. И не краснеет, Ада не из тех млеющих девиц. Но по тому, как подрагиваю её пальцы, я всё научился понимать.
– Я… В душ. Две минуты, а после закончим разговор. Хорошо? Мне… Мне действительно нужно сказать кое-что. Я думаю, что нужно. Не знаю.
– И? Решаешь, стоит ли делиться этой информацией?
– Решаю, оставишь ли ты меня в покое после этого.
Справедливо.
