Ян сам справляется с обувью, выглядя покорителем вершин. Протягивает мне хрупкую ладошку, крепко цепляясь за меня. Не выдерживаю, подхватывая на руки сына. И именно в этот момент звонит Халид.
– Освободилась? – настолько холодно, что мороз спускается по коже. – Я заеду через полчаса?
– А чуть дольше? Яну стало лучше, младшему, - отчитываюсь, как перед начальником. Но на работе хоть можно уволиться. – Мы вышли на прогулку. Я помогу уложить его в обед, можно?
Мой голос звучит настолько просяще, что я морщусь.
Гадко от подобного, насколько слабой я сейчас себе кажусь. Хотела же во всем потакать, не сопротивляться. Но я саму себя не прощу за сломленность.
– Или мне бросать ребенка на площадке и бежать к тебе? Жаль не на каблуках, было бы эффектнее.
– И свернула бы себе шею, - Халид не велит заткнуться, а мне так не хватает перепалки. Чтобы доказать, что я уж не совсем размякла. – Я всё равно заеду. Пообедаешь со мной.
– Не думаю, что я одета подходяще…
– Ада. Через полчаса.
Соглашаюсь, потому что отказ всё равно никто не примет.
Постукиваю пальцами по скамейке, наблюдая за Яном. Нужно отвести его домой, в очередной раз спрятать.
Я всё время высматриваю людей Халида вокруг. Думаю, как лучше укрыть и повернуть сына. Чтобы никто не заметил сходства между ним и Халидом.
Но нет, вокруг только другие мамочки с детьми, несколько подростков. Никого подозрительного, и от этого сердце сжимается. От плохого предчувствия, словно надвигается что-то необратимое.
– Мам, качели!
Ян ставит перед фактом, кивая на горку.
Киваю, разрешая всё. Некоторые девушки осуждающе смотрят на меня, качая головой. Да-да, не поддерживаю малыша на высоких ступеньках. Но ведь стоит подойти с помощью, как сын начнёт реветь.
Самостоятельный.
– Нравится нянькой работать? – мужские ладони прижимают к лавочке, заставляя терять сознание от страха. – Заводи малого, нам пора.
Нет.
Нет!
У нас должно было быть больше времени. Ещё десять минут на то, чтобы завести Яна в дом и привести себя в порядок.
И дождаться Халида на улице, без шанса на раскрытие обмана.
Но Халид здесь.
За моей спиной.
Так близко, что меня пронзает.
– Сейчас. Подождешь в машине? – каждое слово будто режет горло. – Я выйду через две минуты. И…
– Мам, пить.
Ян несётся ко мне, будто стрела. Которая подписала смертный приговор. Разрушила одни махом все уловки и ухищрения. Я чувствую, как мужчина за мной напрягается.
Сильнее давит ладонями, сжимает плечи, почти до боли.
