Потому что… Господи!
— Ах!
Стас что-то сказал все это время колдовавшему над ним Джею, тот кивнул и взглянул на меня, а после на сестру. Она сместилась выше, проходясь скользкими от масла ладонями по моей горячей, ставшей особо чувствительной коже, а секунду спустя я почувствовала…
— Ах!
Джей! Его губы! Прямо там! В тот самый момент, когда чего-то такого хотелось особенно сильно… Правда, не от чужого тайца, но…
— Не дайте ей кончить, — напряженно прошелестел по-английски Стас.
А я… Я, кажется, даже обиженно выкатила губу, всем телом впитывая жаркую ласку, которая вот-вот, вот еще совсем немного… Стыдливость оказалась смыта ярчайшим возбуждением, и я сама (сама!) разводила шире ноги, выгибала спину и подставлялась под странные, неправильные и в то же время такие точные и умелые ласки.
— Ахххх!
— Господин, — негромко произнесла Джес.
— Все прочь, — тут же откликнулся Стас. — Бегом. И чтобы духа вашего до завтра не было. Сам позову!
Быстрый топот ног. Чей-то стон разочарования. Кажется, мой, но…
— Сейчас, моя хорошая, сейчас.
Сюда. Скорее, а то я умру, если не получу тебя всю.
Руки под спиной и под коленями, хрипловатое дыхание, шаги, прохлада простыней… Мгновение — и Стас накрыл меня собой.
Дыхание сбилось, я раскрыла рот, пытаясь схватить хоть сколько-нибудь так необходимого сейчас воздуха, но вокруг, кажется, возник космос. Огромное безвоздушное пространство, в центре которого Стас торопливо и жадно целовал меня, возился где-то там, внизу и, кажется, даже рычал от нетерпения.
— Чертова резинка… Как бы я хотел тебя без нее…
— Ах!
— Перевернись. Вот так… Вот так еще лучше…
Теперь простыни под коленями и под щекой, а Стас…
— Ах господи ты боже мой!
Губы… Нежные, настойчивые, жадные… Язык… Везде… Вылизывает, проникает, двигается.
— Скажи, что хочешь! Не молчи!
— Стас!
— Повтори!
— Убью!
Смех. И наконец-то такое желанное проникновение. Сразу на всю длину, до конца.
— Давай! Покричи, если хочется. Никто не услышит.
И я послушалась, выпустила из себя то, что скопилось.
Я кричала и скулила, дергала по-прежнему скованными руками и материла любовника последними словами, если мне вдруг начинало казаться, что он просто сбавляет темп. А Стас в ответ трахал меня размашисто, яростно. Наклонялся, нашептывал что-то совершенно непристойное, целовал плечи и шею, после кусая их. Я же лишь мотала головой и выгибалась в пояснице, стискивая в себе член.
Оргазм плавал совсем близко, тело затрясло в приступе сладкой дрожи.
