Явно удивленный и, кажется, даже обрадованный неожиданной встречей со мной Стас, которого я выловила из толпы после завершения доклада, предложение о партии в снукер выслушал и очевидно замялся, задумался. «Силы свои прикидывает», — внутренне ликуя, решила я. Однако оказалось, что беспокоит его не это. Ну, по крайней мере, объяснил он свою задумчивость другим:
— Видите ли, Елена Георгиевна, время-то у нас уже, считай, предновогоднее. Мои иностранные коллеги, да и ваши, я уверен, спешат завершить дела до рождественских каникул.
Итог: сейчас у меня жестокая запара, как говорит мой сын-студент. Причем еще и с разъездами связанная.
— У вас есть взрослый сын? — поразилась я и вдруг даже воздухом захлебнулась: — Быть может… Быть может, вы еще и женаты?
Глава 31
Глава 31"
"— Нет, Елена Георгиевна, — Стас смотрел очень серьезно и, как показалось, понимающе. — Нет. Уже говорил вам: это не мой размерчик. И с замужними женщинами никогда, и сам, если уж беру на себя некие обязательства — хоть деловые, хоть личные, даже тем более личные, — их выполняю.
Так что нет, жены у меня нет. Не сложилось у нас. А вот сын-лоботряс — да. И сказал бы, что ошибка молодости, да люблю его. Хороший добрый парень… Хоть и лоботряс.
— Живет с вами или?..
— Учится сейчас, — тут он назвал знаменитый на весь мир иностранный университет, в котором, насколько я знала, требования к студентам были таковы, что вылететь оттуда, несмотря на поражавшую воображение плату за обучение, всегда можно было просто-таки со свистом.
— Ну, раз учится там, то не такой и лоботряс, зря вы его так… Надо же, и не подумала бы… Но все же, Станислав Дмитриевич, что насчет вашего «повторим»? На попятный? Или это было что-то не из разряда «взятых на себя обязательств», которые вы выполняете всегда? Ну же, скажите уже что-нибудь, тем более что речь всего-то о партии в снукер!
Стас мгновение сверлил меня нечитаемым взглядом, потом прикрыл глаза и вздохнул:
— Для вас, может, и так, может, и «всего-то», а я… Нет, я не отказываюсь.
Вы правы, уговор дороже денег, да и заинтересованность моя в вашей персоне никуда не делась, но… Хотяяя… — тут он снова впал в некоторую задумчивость. — А как вы посмотрите, если мы сместим все на Новогодние праздники?
— Ну… можно и так, — не стала спорить я, пытаясь при этом никак не показать свою реакцию на Стасово признание, что для него наше «повторим» — совсем не «всего-то», да и его желания в отношении меня никуда не делись.
Все-таки странный он мужик.
