Таким, что, вспоминая его, я всякий раз испытывала прилив короткого, но очень яркого возбуждения, на редкость крепко сплетенного со стыдом. Какой-нибудь прошаренный психолог, сидя в офисном креслице с блокнотиком на коленях и с остро отточенным карандашиком в руке, вполне мог выстроить версию «по Фрейду», что, возможно, эти всплески сексуальных переживаний происходили со мной из-за того, что Стас мне не дал кончить. И, зная его, легко думалось, что сделано это было вполне осознанно.
Вот просто по классике: «возбудим и не дадим». Только в мужском варианте и исполнении этой рабочей во все времена схемы. Может, и так, но все же…
Одной из самых любимых книг моего, увы, покойного отца был «По ком звонит колокол» старика Хема. Саму книжку я прочесть так и не собралась, но название теперь казалось исключительно созвучным тому, что творилось на душе и в реальности. Невидимый никому колокол сейчас совершенно точно звонил по мне — по всей моей прошлой жизни.
И по той, под которой стояла короткая надпись Макс, и по другой, новой, в которой я — приличная, даже в чем-то консервативная женщина — мало того, что отдалась постороннему мужчине за деньги, так еще и получила от процесса ни с чем из прошлой жизни не сравнимое наслаждение. Да, я по-прежнему периодически принималась беситься, вспоминая Стаса и то, как он себя со мной повел, но на самом деле понимала: можно сколько угодно его ненавидеть, злиться на его слова и действия, но себя-то не обманешь.
Сам секс с ним мерзким не показался!
Осознание этого бесило адски. В голове роились заковыристые планы мести. Как обыграть, обойти на повороте, заставить глотать пыль, нагнуть… Нет, то есть, понятно, что не по силам мне тягаться со Стасом Смирновым в смысле бизнеса, а вот, что называется, на межличностном, когда только он и я… Он и я… Кожа к коже…
— Да блин! — вызверилась я сама на себя, чувствуя, что от одних только, прости господи, эротических мыслей об этом долбаном самоуверенном мужчине вроде как формата «не моей мечты» опять начинаю возбуждаться.
Глава 17
Глава 17
С наметившейся тенденцией надо было срочно что-то делать, а я знала только один реальный способ занять себя так, чтобы ни до чего стало: работа.
