Ну? Что решаете? Война или позор?
— Тот, кто между войной и позором выбирает последнее, получает и позор, и войну…
— Рад, что вы это понимаете.
— Тогда, раз выхода у меня особо нет… Дурак или очко?
— Все возможно, Елена Георгиевна. Но позднее, когда настанет время расплаты. Когда или я останусь в дураках, или вы… гм… Про некоторые варианты секса мы с вами, я надеюсь, еще поговорим попозже.
А пока… Пока пусть будет просто покер. Вам в него сегодня так не везло, что есть надежда на компенсацию от судьбы. Или наоборот.
— Карты, виски, два ствола… — начала, бодрясь, я, хотя внутри все заледенело: он, что же, планирует в случае моего проигрыша еще и анальный секс, раз про «очко» так?..
— Ствол могу предложить только один, но уверяю: он вас полностью удовлетворит, — подхватил то, что я произнесла вслух, Стас, а после пару раз ткнул языком в свою же щеку изнутри, изображая нечто совершенно пошлое.
И именно оно — это неожиданное для обычно очень сдержанного Станислава Дмитриевича Смирнова подзаборное хамство — что-то зажгло во мне. До этого, даже танцуя, даже участвуя в словесной пикировке с ним, я чувствовала себя почти погасшей, мертвой, убитой своей окончательной и абсолютно позорной неудачей.
Последней в веренице из предательства мужа, потери ребенка, а теперь и любимого дела, которое я сегодня, этим вечером, в этом месте, окончательно утопила проигрышем в карты… Так что терять мне было нечего.
— Посмотрим, — кивнула Стасу я.
— Покер? Ну пусть будет покер.
И ведь поначалу все шло не так и дохло. Еще бы нервишки успокоить и с мыслями собраться. Но получалось скверно. Уж слишком многое стояло на кону. Я глянула в спокойную физиономию своего визави. Он, в отличие от меня, был невозмутим, будто какой-нибудь истинный английский джентльмен.
