Плотно сжатый рот превратился в одну тонкую полоску. Казалось, что зубы в любой момент могут прорвать тонкую кожу лица. Зубы можно было при желании пересчитать.
— Ну что, приятель, доигрался? — дружелюбно начал подполковник, но от его голоса даже у невинного Степанова по спине побежали мурашки, а задержанный съежился на стуле, но не проронил ни слова.
— Плохо твое дело, — удовлетворенно заметил подполковник. — Дружки тебя бросили. Теперь тебе придется за всех отдуваться, а они загонят книжки и заживут на свободе припеваючи.
И твою долю прокрутят. А ты как думал? Меньше восьмерки тебе не дадут, а учитывая ценность похищенного, сговор, сообщников — это еще немного. Но за это время много воды утечет, и денег своих ты с них уже не получишь.
— Я их не знаю, — не выдержал задержанный чудовищной перспективы, нарисованной ему. — Я их знать не знаю, — сказал он и снова умолк.
— Как же вы вместе грабили, а ты их не знаешь. Что-то в твоих словах не сходится.
— Они пришли не со мной, а отдельно. Дали мне по кумполу, я и вырубился.
Да у них даже инструмента не было! — в сердцах выкрикнул он.
— А у тебя, стало быть, был, — удовлетворенно заметил подполковник. — Как тебя зовут-то? Ведь все равно узнаем. Пальчики твои нам порасскажут про тебя то, чего ты не хочешь сказать. Наверняка они у нас в картотеке есть.
— Вам нужно, вы и ищите, а мне и так неплохо.
— Как знаешь, — не стал настаивать милиционер."
"— А чего здесь знать? Я ваши повадки изучил. Вам лишь бы козла отпущения найти и дело на него повесить.
Вы под него все улики и факты подтасуете, и дело в шляпе — новая звездочка. А мне за нее на нарах гнить со вшами в обнимку.
— Раньше думать следовало, а теперь можешь облегчить душу и участь полным и подробным рассказом даже не о своих похождениях, а о твоих конкурентах. Чего тебе их жалеть? Они-то тебя не пожалели.
Костлявый человечек глубоко задумался. По его лбу бороздили зигзагообразные морщинки, выдавая усиленную работу мысли, которая происходила в человеке. Он мучительно прикидывал все «за» и «против».
Положение его было самое незавидное, хуже, казалось, и придумать трудно. Но стоило попытаться свалить часть вины на своих обидчиков. С него-то не убудет от этого.
— Я увидел их не сразу, — заговорил он. — Они вышли из бокового прохода. Того, который ведет из русского фонда к генеральному каталогу. Их было двое — парень и девушка. В темноте лиц было не разглядеть, но двигались они быстро и тихо, не как старики, и фигуры у них были подтянутые и стройные.
