А костюмчик от Бриони и портфельчик от Луи Виттона отправлены посылкой Хуане. Да я представляю ее лицо. И обритого налысо Мишеля тоже.
— Понятия не имею, — отрезаю лениво. — Это твой отчим должен был разобраться. Кто ей угрожает и почему. А сейчас я даже не знаю, с какой стороны подступиться. Где искать? Ты хоть сам понимаешь, что натворил?
— То есть ты ее не прячешь? — торопливо переспрашивает Мишель. — Таисии от тебя звонил какой-то Кирсанов. И после этого она пропала. Нужно найти этого чувака и допросить…
— Попробуй, — криво усмехается Бек.
— Я не… — догадавшись, блеет Мишель и запинается, не зная, что ответить.
— Давай с начала, — резко обрываю я его мучения. — Тайки здесь нет, и я бы шкуру с себя содрал, лишь бы ее вернуть. Сейчас нужно поднимать всех, Миша. А мы время теряем на пустые разговоры… Есть записи с камер наблюдения? Свидетели? Я же просил Арсения.
— А мы думали, ты придуриваешься, — хмыкает обиженно Мишель.
— Как видишь, нет, — вздыхаю я. — Рад бы ходить. Но пока только по стеночке.
— Тогда мне лучше уйти, — светски кивает Тайкин бывший жених, вновь набравшись апломба, — Доложу Арману. Получу от него информацию и инструкции. Поправляйся, — равнодушно роняет он, направляясь к дверям. Плечи уже расправлены, но взгляд потухший.
Наверняка сумасшедшая семейка думала захватить Таисю нахрапом. Облажались по-крупному. Теперь убедились. Только радости мне этот факт не добавляет. Лучше грызться с Тайкиной родней, сворачивать горы и знать, что она в безопасности. А теперь… Жива ли она? Я не знаю… Чувствую ее, но очень слабо.
Будто заглушает что-то. Наверное, сердце, которое заходится от ярости.
— Ты где ночевать собрался? — останавливаю я Сенькиного родственника.
— К твоим поеду, — бурчит он недовольно. — Юрий Алексеевич свой Порш дал. Ты ему ничего передать не хочешь?
— Поршу? Нет, — мотаю головой. — Всего хорошего, Миш.
Когда за посланником Армана закрывается дверь, я точно знаю, что обратно он не вернется. Считает меня выбывшим из игры. Ну-ну… Посмотрим, кто кого переиграет!
— Сейчас бы сигарету, — вздыхаю.
Нельзя, конечно! Но от нервотрепки тянет.
— Мы принесли, — тихо замечает Бек и, повернувшись к Славке, велит. — Давай…
Крепс приоткрывает окно и подвигает меня поближе. Дает прикурить… И я, затянувшись, вдыхаю едкий табачный дым вместе с морозным свежим воздухом. Думаю, прищурившись, и ничего не могу понять, ни на один вопрос не найдя ответа.
Где, ты, Тайка? Мать твою…
— Может, к Медее съездить? — подает голос Крепс.
