Крепс специально для тебя в кабаке заказал. Все переживает, что ты вместо него угодил…
— Вот и хорошо, — бросаю спокойно. — У него семья, дети. А я как перекати-поле. За меня никто убиваться не станет. Вон родственники даже ни разу не поинтересовались.
— Я звонил твоему отцу, — крякает глухо Кирсанов. — Не пожелал разговаривать. Ну мы-то люди не гордые. Я все секретарю пересказал, телефон свой оставил… Но папаша твой так и не перезвонил, — негодующе бубнит он. Садится на стул напротив меня. Смотрит внимательно. — Что-то ты бледный, Ган… Как себя чувствуешь? В обморок не упадешь? Или лучше сестричку позвать?
— Нормально все, — упрямо мотаю головой.
Голова идет кругом от странного поведения Таи и предательства семьи. Может и она переметнулась?
— Где айфон? — интересуюсь небрежно.
— В пакете, — кивает Кирсанов. — Насчет работы ты, Сева, не беспокойся. Крепс тебя на работу уже оформил. Больничный Веленский подписал. Выздоравливай и снова вливайся в строй, понял?
— Конечно… А тех уродов нашли, что гранатами кидались?
— Да, сразу взяли, — скупо роняет Кирсанов.
— Вам с Асисяем даже ордена положены. Благодаря вам взяли этих засранцев.
— А свидетель этот дал показания?
— Ага, по скайпу. Как будто сразу не могли додуматься…"
"— А Асисяй, — спрашиваю, стараясь скрыть волнение.
— Да нормально с ним все, — Бек тяжело поднимается. — Давай поправляйся, — хлопает меня по плечу. — У нас дел невпроворот. Юлька ругается, что опять отчеты неверные подали..
— Знакомое дело, — усмехаюсь весело.
— Пусть Крепс выдаст мне захудалый ноут и пришлет таблички. Я вечерком гляну.
— Смотри не перетрудись, — весело хмыкает Кирсанов на прощанье.
Как только за генералисимусом закрывается дверь, я хватаюсь за сотовый и быстро тыкаю в контакт брата. Трубку долго никто не берет и, когда я уже собираюсь нажать на кнопку отбоя, слышу недовольный голос брата.
— Чего тебе?
— Помоги мне связаться с Таисией. Христом богом прошу…
— Ты пьяный что ли? — раздраженно хмыкает брат. — Я не пойму, чего ты добиваешься, Сева? Твои выходки всех задрали…
— И что же я такого сотворил, дорогой Арсений Юрьевич? Я просто хочу поговорить с Таей.
Если она мне откажет, не стану больше домогаться. И ваше прекрасное общество никогда обо мне не услышит. Но мне нужно услышать ее. А лучше посмотреть в глаза. Тебе, единственному я доверяю. Больше никому из вашей кодлы… Неужели я о многом прошу… Обычная встреча. При тебе или Свете…
Молчание в трубке меня бесит и доводит до отчаяния.
