Есть небольшой альбом в ноутбуке. Там папины фотки, крестной и ее мужа. Свете лет двенадцать, и Мишка совсем маленький. Хорошие фотографии. Они там такие молодые и красивые. Только папа эти снимки смотреть не любит. Лиля тоже.
— Почему?
— Это самые последние фотки, где они все вместе. Через два месяца Лилиного мужа расстреляли. Лилю чуть не убили. И папа вывозил ее в Мюнхен. Это потом уже я родилась, и Алисия нас бросила. Вот только Лиля не отвернулась от меня. Не отдала в чужие руки. Для меня она самая настоящая мама.
— А Хлоя? — интересуюсь, заранее зная ответ.
— Я не люблю папину жену. Он, когда с ней, прям дурной становится. Лепечет, как придурок. Хлошечка… Хлошечка…
— А Хуана? — снова наседаю на Тайку. Никак не могу понять, почему за ней охотятся.
— Да прекрати ты ее так называть! — пинает меня ногой, да еще смотрит гневно.
— Почему они не поженились с твоим отцом?
— Они дружат с детского сада, и эта дружба дороже любви. Так говорит мама. А папу я не спрашивала.
8
После обеда положен сон. Потом полдник и прогулка.
Ну и Таисия на десерт. Мы идем с ней в обнимку через просторный холл гостиницы, выходим к парковке, и я неожиданно понимаю две вещи. Во-первых, моя девочка сникает под напором любопытных взглядов. А во-вторых, прогулка отменяется. На ВИП-парковке для сотрудников маячит Астон Мартин Пахомова. А наш главнокомандующий велел мне, капралу, оттарабанить его карету на место.
— Едем, — говорю Таечке. Щелкаю брелоком, открываю дверцу. И церемонно усадив невесту, под косые взгляды персонала сажусь за руль крутейшей тачки.
Мою душу не заливает восторг. Эйфория никуда не уносит. Нужно попробовать покататься. Если понравится, куплю себе такую же.
— Давай по округе кружок, — весело предлагаю Таисии. После обалденного секса так и хочется добавить в кровь немного адреналина.
— Папа тебя убьет, — вздыхает она. — Он так трусится над этой машиной.
— Я за свою жизнь уже не опасаюсь. Ты — мой главный оберег! — смеюсь дурашливо и порывистым движением сгребаю Тайку в охапку. Сейчас бы перетащить ее к себе на колени и зацеловать до потери пульса.
«Ты только из койки, Гаранин, — подсказывает внутренний голос. — Дай девочке отдышаться».
Смотрю на голубое небо, проступающее из-за туч. И как мальчишка радуюсь жизни. Рядом любимая женщина, на душе кайфово после хорошего изнуряющего траха. А под ладонями руль быстроходной тачки.
Жизнь удалась, мать вашу!
Резко стартую и, выехав из ворот отеля, направляю машину к трассе.
— А может, в город съездим.
