– Слушай, Беркутов, ты вообще что-нибудь чувствуешь? Тебя хоть что-то волнует, кроме твоей собаки? – неожиданно вызверился генерал.
– Не так давно один генерал сказал мне, что я слишком бурно реагирую на опасность, угрожающую моему псу. В этой жизни у меня ничего, кроме него, не осталось. Так почему я должен беспокоиться о ком-то ещё, если никому нет дела до меня? – спросил Матвей, чувствуя, как каменеют его скулы.
Поднявшись со стула, он выпрямился во все свои сто семьдесят пять сантиметров и, склонив голову в коротком поклоне, прошипел:
– Честь имею, господин генерал.
"
"Хлопнув себя по бедру, он широким шагом вышел из палатки. Почувствовав злость Матвея, Рой коротко рыкнул на замершего в кресле генерала и выскочил следом за проводником. Увидев свою машину, Матвей быстро подошёл к дверце и, запустив в салон пса, хотел было влезть следом, когда на плечо ему упала тяжёлая рука капитана Миши. Удивлённо оглянувшись, он покосился на капитана и, чуть пожав плечами, спросил:
– Что случилось, Миша?
– Может, расскажешь, что это сегодня было?
– Проверка персонала базы на возможность ментального общения, – вздохнул Матвей.
– Это чтобы проводником стать? – спросил Миша.
– Да, – кивнул Матвей, не желая вдаваться в подробности.
– А нас почему не стали проверять?
– Вашу группу мы давно уже проверили, – чуть улыбнувшись, ответил Матвей.
– О как! Это когда же? – спросил капитан.
– Ещё дома, когда вы нас охраняли.
– Выходит, я и мои ребята для этой работы не подходим? Тупые, значит, слишком? – неожиданно насупился Миша.
– Да дело тут не в остроте, старина, – вздохнул Матвей. – Откровенно говоря, я и сам толком не знаю, как это вообще происходит. Просто я его спрашиваю, а он мне отвечает. У кого-то получается услышать его, а у кого-то нет. Ты же сам видел, сколько народу мы сегодня проверили, а отобрали всего несколько человек.
– Ясно, – задумчиво кивнул капитан. – Значит, это только от самих людей зависит?
– Наверно, – пожал плечами Матвей, забираясь в машину.
Запрыгнув в салон следом за ним, капитан плюхнулся на старое изношенное сиденье и, откинувшись на борт машины, задумчиво спросил:
– А вообще, как это, слышать мысли?
– По-всякому бывает, – улыбнулся Матвей. – Иногда смешно, иногда стыдно, а иногда больно. От обстоятельств зависит, особенно если закрываться не умеешь.
– Как это, закрываться? – не понял капитан.
– Мысли свои прятать.
– А это сложно?
– Я пока так и не научился, – смущённо признался Матвей.
