Ее оповещали, что король нашел и представил совету документ, в котором его отец и король Фердинанд подтверждают: ее брак с Артуром окончательно свершился.
– Какой документ?! – выкрикнула Екатерина. – Ничего такого не было и быть не могло. Это фальшивка!
Тем не менее совет принял его в качестве доказательства и согласился с тем, что королю не остается ничего другого, как продолжать добиваться своей цели властью архиепископа Кентерберийского. Что это была за цель, Екатерина не сомневалась.
Он намеревался забрать все дела в свои руки, чего она и боялась.
Хотел отвергнуть ее и жениться на Анне Болейн, невзирая на последствия."
"В лихорадочном возбуждении Екатерина строила предположения относительно дальнейшего развития событий, готовясь бороться за свои права и авторитет Святого престола, что бы ни придумал Генрих и какие бы новые основания для развода он ни выдвинул. Напрасно ждала она письма от Шапуи, который наверняка был в курсе дела. Она дождалась не его, а приказа короля перебираться в Эмптхилл в Бедфордшире.
Несколько раз Екатерине доводилось останавливаться в Эмптхилле. Это было одно из любимых мест Генриха, где он с удовольствием проводил время, объезжая королевство. Воздух здесь был здоровый, а замок окружал полный дичи олений парк. Но поместье находилось в пятидесяти милях от Лондона, и Екатерине казалось, что ее отправляют в ссылку. Это впечатление усилилось, когда кавалькада приблизилась к темным ребристым стенам и силуэты их зубчатых краев зловеще проступили на фоне светлеющего неба.
«Они пытаются сломить меня», – подумала Екатерина. Тем не менее ее покои были достаточно роскошны и в ее распоряжении находился прекрасный сад.
– Могу я выходить из замка? – спросила она лорда Маунтжоя, который сопроводил ее сюда и должен был остаться с ней и управлять хозяйством.
– Мне приказано не выпускать вашу милость за стены замка, – ответил он, ощущая неловкость ситуации.
Это было неудивительно. Маунтжой был человек чести и безупречно служил Екатерине двадцать четыре года, однако она понимала: должность ему дорога и он не станет высказываться в ее пользу или обсуждать приказы.
– Господин мой, я пленница?
– Строго говоря, нет, мадам. Вы можете пользоваться всеми удобствами и ходить, куда вам нравится, в замке и в садах.
Итак, это была золотая клетка. Теперь Екатерина понимала, как чувствовала себя ее сестра Хуана на протяжении долгих лет, и, судя по всему, сейчас тоже.
