– Я кажется просил тебя уйти, – сухо напоминаю ей и засовываю руки в карманы.
– Да тебя разводят неужели ты не видишь! – Карина будто не слышит меня и продолжает гнуть свою линию. – Где ее мать?
– Это не твое дело, – шумно выдыхаю, давая ей последний шанс признать свои косяки и оставить меня в покое. Да, я сегодня добрый и терпеливый. Но это разовая акция, которая к тому же подошла к концу.
– Иван, очнись! – Карина разворачивается ко мне и театрально всплескивает руками. Краем глаза замечаю, как ее каблук врезается прямиком посередине одного из кусочков пазла, протыкая его насквозь.
Последняя капля переполняет чашу моего терпения и сносит меня с катушек.
– Пойдем-ка со мной, – хватаю за предплечье и тащу ее к выходу.
– Перестань, мне больно, – Карина пытается упираться, но меня уже не остановить. Сама напросилась на грубость, теперь хавай. Забыла, что я умею быть не только добрым и спокойным? Я напомню.
Открываю дверь и вышвыриваю ее за порог. Не удерживается на ногах и плюхается пятой точкой в сугроб.
Правильно, охладись. Хмыкаю довольно за свою маленькую месть и выхожу следом. Порыв морозного воздуха сразу же пробирает до костей, но я не чувствую холода. Внутри все горит от злости, затмевая все остальные чувства."
"– Ты с ума сошел? – ахает она и пытается подняться, но каблуки разъезжаются, лишая ее такой возможности, а я помогать не спешу. Тянет ко мне руки, но я лишь отпихиваю их в стороны.
– Кто дал тебе право вламываться в мой дом? – нависаю сверху, придавливая непоколебимым авторитетом.
Карина резко сжимается, всхлипывает.
– А что мне оставалось делать? – поднимает на меня заплаканные глаза. Не пройдет этот номер. Ты же знаешь, как я ненавижу женские слезы.
– Я задал вопрос, – рявкаю на нее, давая понять, что намерен получит ответ.
– Я… я… думала, ты с другой бабой, – заикаясь, лепит оправдания на ходу. – Прости меня, Вань. Не знаю, что на меня нашло. Я ведь так тебя люблю.
– Пошла вон отсюда. – За шкирку поднимаю ее на ноги и небрежно толкаю в сторону калитки.
– Выход найдешь.
– Вань, ты чего?.. – непонимающе хлопает ресницами.
– Я не потерплю подобного. Никому не позволено без спроса лезть на мою личную территорию, – останавливаю указательный палец в сантиметре от ее лица. – Заруби это на своем носу и не смей больше появляться, пока я сам тебя не позову.
Разворачиваюсь и ухожу в дом, громко хлопнув на прощание дверью. Прислоняюсь к ней спиной и тяжело дышу. Бесит.
