Она уже в джинсах, наклоняется, чтобы поднять рубашку. Я не в силах наблюдать за этим, поэтому вырываю у нее рубашку и прижимаю ее к себе."
"— Малыш, ты ошибку совершаешь, понимаешь ты? Нельзя свое счастье на чужое менять. Люди по натуре своей эгоисты, и это правильно.
Маша не пытается вырваться, вжимается ртом в мое плечо, я чувствую волну рвущихся всхлипываний. Она глотает их, содрогается. Давится спазмами снова и снова, и когда затихает, пытается отойти назад.
Я мотаю головой.
— Не отпущу.
— Не надо. Не надо, пожалуйста.
Я все обдумала, Денис. Мой черед быть взрослой.
Она упирается кулаками мне в грудь, и тогда я ее отпускаю. Просто потому что боюсь причинить ей боль, а сейчас я вновь себя плохо контролирую.
— А дальше что, Маш? Подумала? Обо мне, например?
— Ты обязательно встретишь свое счастье. Тебя невозможно не любить.
— Тридцать шесть лет не встречал, Маш. Тебя вот встретил, думал, что навсегда.
— Прости, пожалуйста. Прости меня…Я не знаю, как сделать всех счастливыми. Я бы очень хотела, но я не знаю.
Не знаю… не знаю.
Ее рот кривится от рыданий, по щекам обильно стекают слезы, плечи трясутся. Я шагаю к ней и обнимаю снова. Просто не могу не обнять. В груди горит словно исполосовали ножом, все слова высохли. Когда-то я мечтал о поражении, чтобы вновь почувствовать биение жизни. Оно пришло оттуда, откуда не ждал. Двадцатилетняя девочка поставила меня на колени, и сейчас я не уверен, смогу ли подняться.
48
Маша
— Ты слушаешь меня, нет? — Варвара машет рукой перед моим носом, заставляя меня оторвать взгляд от окна и вновь посмотреть на нее.
— В кино вечером сходим, или ты опять с Денисом?
При упоминании его имени сердце екает. Я не удивляюсь — знаю, что так будет происходить еще очень долго, не исключено, что всегда.
— Мы расстались, — эти слова я заставляю себя произнести. Я дала себе обещание говорить правду, даже если это означает встречать удивленные взгляды и отвечать на вопросы, на которые отвечать не хочется. — Так что пойти в кино мы сможем.
Варвара округляет рот и, неловко дернувшись, едва не расплескивает стоящий перед ней кофе.
— Погоди, вы же вроде только начали встречаться.
— Разве это противопоказание к расставанию?
— Ну…нет … А в чем причина?
Я готовила себя к подобным расспросам, и думала, что большую часть слез успела выплакать накануне, но сейчас в уголках глаз все равно начинает покалывать.
— Потому что я так не могу. Вернее, не смогла.
— Это из-за Риты?
— Отчасти да. Это сильно ударило по всей нашей семье.
