Но нет же, надо часами всякой хуйней заниматься. Когда дело других касается, тут все умные, да, Мария? Про дедулину-то потенцию гораздо интереснее рассуждать.
И тут меня наконец осеняет.
— Ты думаешь, Тимур действительно хочет быть со мной? — От волнения я даже слегка подпрыгиваю на стуле. — Считаешь, что мне стоит ему позвонить и задать прямые вопросы?"
"— И все-таки Жданова, — удовлетворенно хмыкает дед. — Умеет вычленять главное.
Glava 50
Тимур
Очутившись дома, я падаю на постель как есть, не потрудившись снять ботинки.
Чувствую себя отпизженным и морально, и физически. Если я когда-то планировал стать отцом, то точно не так. Я хорошо отношусь к Марианне, но к воспитанию своих детей и на пушечный выстрел бы ее не подпустил.
Самое обидное, что, кроме себя, винить больше и некого. Ведь с самого начала знал, что ничего серьезного у нас с ней не сложится. С Марианной было удобно и безопасно, так как наши отношения легко регулировались моими деньгами. Были, конечно, моменты, когда я думал, что использовать их как инструмент влияния — нечестно.
Но быстро себя одергивал: если ее все устраивает, то почему не должно устраивать меня? На других женщин все равно не тянуло. А раз так, возможно, Марианна действительно мне подходит.
А когда появилась Маша, все встало на свои места. Не в Марианне было дело, а в ней. Оказывается, все это время я никуда ее от себя не отпускал. Потому и злился. Обрел бы счастье с кем-то другим — давно бы забил на тот ее детский поступок.
Именно рядом с ней стало особенно остро ощущаться, что в жизни я довольствуюсь малым.
Рядом с ней захотелось снова быть живым: не только зарабатывать деньги, но и с удовольствием их тратить хоть на те же дубайские чебуреки. Можно годами прятаться от любви, боясь снова испытать боль, но имеет ли оно смысл, если при этом ты несчастлив? Жить, когда по-настоящему не живешь — равносильно медленному умиранию.
И стоило ко мне прийти этому озарению — Марианне вздумало быть беременной. Сложно придумать новость хуже.
Так я думаю ровно до того момента, как зазвонил мой телефон.
Поначалу я думаю даже не брать трубку — знаю, что Артем начнет грузить меня рабочими вопросами, а голова и без того не соображает. Все дела я хотел отложить до момента, пока не прояснится ситуация с моим отцовством. Свечку в храм, что ли, поставить с просьбой о том, чтобы раба божья Марианна не была беременной от осла Тимура?
— Артем, говори, только коротко, — Я устало вздыхаю. — Все важные вопросы отложим на завтра.
