«А вот что делать с Максимом? – размышлял Буторин. – Одному его не вытащить. Меня сразу узнают, если я появлюсь в Харькове. Тем более что я теперь «мертвый». Да и в одиночку сложно будет. Шелестов обессилен, его пытали. С ним пешком далеко не уйти. Значит, помогать мне будет тот, из-за кого я и попал в список «убитых». Будем надеяться, что Козорез не инициатор моей «смерти», а лишь невольный участник. Проверим! – И Виктор шел и шел, думая о ситуации, о том, что могло получиться и не получиться у его товарищей.
– Шелестову не повезло, почему-то его схватили. Чем он выдал себя? А как дела у Когана, у Сосновского? Эта операция первая, когда группа действует в одном месте, но совершенно разрозненно. Платов полагал, что так больше шансов на успех. Кто-то, но сработает наверняка. Может, он и прав. Ведь Шелестов «провалился», а если бы группа работала сообща, значит, провалилась бы вся группа. Или, по крайней мере, возникли бы подозрения у оуновцев, и результат деятельности всей группы оказался бы минимальным».
Меняя листочки подорожника, Буторин отшагал такое расстояние, на которое и не рассчитывал. Переночевав в лесу в старом стоге сена, он двинулся к уже знакомому лесу, где находилась база Козореза. Не прошло и нескольких минут, как из-за кустов его окликнули, а потом на тропу вышел вооруженный оуновец:
– Виктор, ты? Откуда?
– Все расскажу, только воды и пожрать чего-нибудь, – изобразил смертельную усталость Буторин. – Артем здесь? Важная информация для него есть.
– Пошли в лагерь, – кивнул оуоновец, отстегивая с ремня фляжку с водой.
Буторин шел, старательно прихрамывая, хотя весь вчерашний день почти не хромал. Теперь он пил небольшими глотками холодную родниковую воду. Вот чистой воды ему и правда не хватало.
В лагере все таращились на Виктора, провожая его взглядами. Оуновец подошел к землянке командира, приоткрыл дверь и, сунув внутрь голову, сказал:
– Артем, тут Виктор объявился.
Посторонившись, он пропустил Буторина. Козорез вскочил с лавки, уронив на пол карту и карандаш.
Он смотрел на гостя удивленно, почти с мистической настороженностью, будто привидение увидел. «Хотя не такие это люди, чтобы верить в какую-то чертовщину, – подумал Виктор. – Он смотрит так, чтобы вовремя понять, как я настроен. Стрелять начну или буду вопросы задавать? Верю я ему все еще или же нет».
– Живой? – выпалил Козорез и, кинувшись к Буторину, схватил его за плечи. – Хлопцы где?
Вот теперь Виктор ему поверил. Такое сыграть нельзя.
