Поэтому увидеть его с улицы из-за высокого забора было невозможно. В глубине, на границе с густым лесом, имелись баня, сарай с запасом дров, колодец, беседка — все, что необходимо для тихого и спокойного отдыха.
Сыч, Татарин и Вофти-Тофти вышли из автобуса последними. Татарин, отвечавший за воровскую кассу, держал в руках большую кирзовую сумку, набитую деньгами.
— Мокрое дело у нас вышло, — проворчал Вофти.
Татарин потряс сумкой и сказал:
— Да, наследили немного, зато и куш урвали знатный!
— Мочить надо было всех.
Ради чего мы там баб живыми оставили?
— Не пыли, — осадил его Сыч. — У нас теперь две дорожки. Надолго залечь на дно, чтоб о нас и думать забыли. Или подрубить самых расторопных мусоров, которые землю будут рыть и на хвост нам присядут.
— Это как же? — Татарин нахмурил густые брови.
— Думаю, для этой роли Синий сгодится.
Вофти с сомнением протянул:
— Синий? Да он прошлую ночь на стену лез от зубной боли.
Ему бы клык дернуть щипцами, чтоб не мучился.
Главарь направился к крыльцу дома."
"— Не будем ничего дергать, — проговорил он на ходу. — Есть у меня одна мыслишка. Айда за стол. Там все и обмозгуем.
Глава 8
В этот вечер по управлению дежурил майор Белецкий, человек бывалый, опытный. Получив по телефону информацию о вооруженном грабеже в сберкассе на Дворцовой набережной, он быстро сообразил, кто занимается оперативной разработкой подобных преступлений, и позвонил Старцеву.
Тот выслушал дежурного, поднял по тревоге свою группу и уже через полчаса был на месте.
Дежурный наряд, прибывший первым из ближайшего отделения милиции, как ему и полагалось, до приезда оперативников ничего не трогал, произвел первоначальный осмотр, обнаружил метрах в пятидесяти от сберкассы пустой инкассаторский автомобиль. Его водителя нигде не было.
Врачи вызванной кареты «Скорой помощи» тоже оказались не у дел.
Милиционеру и инкассатору, убитым бандитами, они помочь ничем не могли, лишь констатировали смерть, наступившую от проникающих ножевых ранений. До приезда сотрудников МУРа они занимались женщинами, работницами сберегательной кассы, отпаивали Шурочку настойкой валерианы, уговаривали Антонину, нервно курящую у открытой форточки, не переживать и взять себя в руки.
Сыщики приехали по темноте и сразу приступили к работе.
