Работники столичной службы инкассации ездили по объектам на обычных автомобилях типа «ГАЗ-М1» — она же «эмка» — утилитарных «ГАЗ‑67», лендлизовских «виллисах» или «бантиках». Функции охранника в этих случаях выполнял водитель. Если же предстояло обслуживать более десятка объектов, перевозить с собой крупную сумму наличности, то инкассатору придавали двух вооруженных милиционеров, а для передвижения выделяли автобус.
Обслуживание двух сберегательных касс, находившихся в районе Сокольников, много времени не занимало, поэтому пожилой инкассатор по фамилии Малинко всегда ездил с водителем на старой «эмке».
Когда на Дворцовой набережной открылся третий объект, хлопот немного прибавилось, но порядок обслуживания не изменился.
— Чего это он там так раскорячился? — всматриваясь вперед, проговорил водитель «эмки».
Малинко очнулся от раздумий и тоже посмотрел перед собой.
На узкой двухполосной дороге по диагонали стоял допотопный автобус «Опель Блиц». Рядом с передним левым колесом суетился взъерошенный шофер в кожаной летной куртке.
В одной руке он держал домкрат, в другой — длинный гаечный ключ.
— Кажись, поломался, — предположил инкассатор. — С баллоном, что ли, беда.
— Похоже на то, — согласился водитель, прижал автомобиль к тротуару и остановился. — Как же нам теперь? В объезд, что ли?
По инструкции в нестандартных ситуациях решения принимал инкассатор, так как вся полнота ответственности за сохранность выручки, собранной с объектов, лежала на нем. Таковая уже имелась. В двух опечатанных мешках, валявшихся на заднем сиденье, находилось более двадцати тысяч рубликов.
— В объезд по Колодезному далековато. Не можем мы опаздывать, не положено нам, — прогудел Малинко. — Пойди спроси его, надолго ли он тут застрял.
Водитель заглушил мотор, выбрался на асфальт и засеменил к автобусу.
Его разговор с мужиком в летной куртке почему-то затянулся. Вместо того чтобы получить внятный ответ, быстро вернуться к «эмке» и передать его инкассатору, он что-то спрашивал, взмахивал руками, куда-то показывал.
Малинко с минуту смотрел на него, нервничал и в конце концов решился поторопить. Он опустил стекло в своей дверце, высунул наружу голову, набрал в грудь воздуха, хотел было окликнуть водителя по имени, но вдруг почувствовал, как в шею ему больно уткнулось что-то острое.
— Не рыпайся, — грозно предупредил инкассатора мужской голос. — Одно лишнее движение — и я вырежу тебе кадык.
Малинко почувствовал, как его тело покрылось холодным потом.
