Нервно дёргаюсь, когда в родильном зале хлопает входная дверь. Сердце до боли сжимается… пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста... Я резко поворачиваю голову вправо, но сказки не происходит. Это, конечно же, не он.
Глава 46
* * *— Твой малыш спит? — спрашивает Ваня, когда мы разговариваем с ним по Скайпу.
— Да, ещё не проснулся, — улыбаюсь племяннику в ответ.
Ирина написала мне первой несколько месяцев назад. Сказала, что Ваня соскучился по мне, постоянно спрашивает и хотел бы поговорить. Она, впрочем, тоже, но пока не смеет надеяться на моё прощение.
Знает, что я ещё злюсь, поэтому любезно дает мне время, а я в свою очередь не говорю ей сроки.
У моей обиды нет чётких рамок — пока я чётко ощущаю боль от того, что Ира так поступила со мной. Своей вины не отрицаю, но именно сестра стала основным катализатором к тому, что я теперь живу в чужой стране одна. Без мужа и отца своего ребёнка.
Ира говорила, что, став матерью, её пойму. Теперь я и правда убеждена, что ради собственного ребёнка любая мать способна на многое, но примерять на себя роль сестры не хочу.
На общение с племянником я согласилась. Его вины в случившемся нет. Он по-прежнему мой милый и любимый мальчик, который показал значительные успехи после лечения в Израиле. Ваня почти дотянул до своих сверстников. Стал разговаривать значительно лучше, да и умственное развитие явно сдвинулось вперед — он отлично считает и правильно строит предложения. Я радуюсь за него, но моя радость с горчинкой, потому что ценой его лечения стала моя личная жизнь.
— Ты уверена, что не хочешь, чтобы я передал трубку маме? — спрашивает, насупившись.
— Нет, Ванюш, не стоит.
О причинах он больше не спрашивает. Спросил лишь единожды не поссорились ли мы, но я перевела тему и предпочла об этом не заговаривать.
— Хорошо, — соглашается со мной племянник. — Тогда… я передам от тебя привет маме?
— Передай, — сдаюсь и шумно выдыхаю.
Он показывает мне свои новые игрушки и конструктор, интересуется почему у меня на заднем фоне зелено и тепло, а у него выпал снег.
Вопросов так много, что разговор затягивается на несколько часов. Как раз то время, пока в своей кроватке мирно спит мой собственный сын.
— Ты проснулся, мой сладкий, — произношу, закончив разговор с Ваней.
Сыночек забавно причмокивает губками, ищет мою грудь.
— Одну секунду, мой хороший, — меня накрывает волна умиления и сердце наполняется уже привычным теплом.
