Но это был мой единственный шанс спасти Шона и не показать Святому свою магию.
Все случилось именно так, как я рассчитывала. Около полуночи частокол со стороны ворот мелко затрясся. Снаружи до нас донеслись странные звуки: шипение, возня и жутковатый потусторонний свист. Я проткнула палец приготовленной иглой и с наслаждением вдохнула запах подсвеченной зеленью ночи. Счастье длилось недолго. Почти сразу проснулась и золотая искра.
Пока мои друзья суетились вокруг ворот, пытаясь понять, что происходит, я мгновенно вошла в некромантский транс и заскользила к противоположному концу деревни.
Издалека до меня доносился голос Винсента, в котором звучало искреннее беспокойство. На ворота я влетела безо всякой ленты. Еще днем я попросила Вина оставить веревку на противоположном краю частокола. Все, что мне оставалось, – вскарабкаться по стене и осторожно спуститься обратно. Затем я припустила к лесу. Жжение в груди начинало разгораться. Нужно было спешить."
"Я поднесла инструмент к губам, и первые заунывные звуки прорезали воздух.
Если я все делаю правильно, жители деревни не должны их услышать – только духи и те, кто находится в непосредственной близости. Вокруг не было ни души, и я медленно пятилась к лесу, продолжая играть.
И они пришли. Огромные то ли рыбы, то ли змеи плыли в воздухе, почти касаясь травы своими черными лоснящимися животами. В распахнутых ртах поблескивали короткие и тонкие, бритвенно-острые клыки.
Я продолжала играть, а гибкие змеевидные тела кружились рядом, изгибаясь, танцуя под звуки окарины.
Алые глаза существ поблескивали в темноте. Я надеялась, что часть из них убьют мои товарищи. Святой должен был понять, кто перед ним. Если Винсент даст ему подсказку вовремя, все получится. Если они перебьют отвлекающую стаю, моя затея становится почти безопасной. Почти.
Жжение в груди начало накатывать волнами, и мне стало сложнее держать темп и ритм. Движения нарату становились резкими, порывистыми. Они жаждали вырваться из моей хватки, из плена мелодии.
Но моя магия и кровь требовали от них подчинения, заманивали их обещаниями новых жертв.
Окарина продолжала петь, пока мы не оказались на полянке. Жжение в груди становилось все труднее терпеть, магия с трудом проходила через мое тело. Золотая искра как будто пульсировала внутри меня, наливаясь силой. Наконец, я резко оборвала мелодию на торжествующей ноте и выхватила катану духа.
Мой защитник внутри клинка откликнулся сразу.
