В документе не было ни слова о том, что я подняла мертвецов со всего кладбища с помощью некромантского призыва и сражалась катаной духа. Я молча макнула перо в чернильницу и вывела подпись. А затем подняла взгляд и спросила:
– И чего мне это будет стоить?
Я ожидала чего угодно. Но неожиданно Аккеро махнул рукой:
– Пока – ничего. Я уезжаю в столицу, чтобы доложить о произошедшем.
Вернусь через пару месяцев, там и сочтемся. А пока...
Он достал из-за пазухи еще один листок и задал вопрос:
– Знаете, что это? Жалоба господина Гуасина на пропажу одной ценной вещи.
Я похолодела.
– И что же это за вещь?
– Некая шкатулка. Вы не поверите, леди, но кто-то использовал некромантию четвертого-пятого ранга, чтобы подменить ее мороком.
Я продолжала молчать, не отрывая взгляда от следователя.
– Так что вы учитесь, леди Гемхен, учитесь, – с мягкой улыбкой произнес мужчина. – И приглядывайте за Тонми и Зайтеном. При нашей следующей встрече... Я надеюсь, у нас будет возможность познакомиться поближе."
"С этими словами он поднялся и вышел из комнаты.
Я смотрела ему вслед, стиснув пальцами подлокотники. Через пару месяцев... Что ж, надеюсь, я успею отбыть за Великую стену раньше, чем Ривай Аккеро вернется по мою душу. Я медленно сжала медальон в виде лепестка розы, на котором Ли-Ин оставила след в виде неизвестного значка.
Дверь отворилась, и в комнату вошел Тьен. Пес ткнулся носом в мою ладонь, и я почесала черное висячее ухо.
Он ничего не спрашивал, и я тоже молчала. Несмотря на обещания Аккеро и слова эльфийки, я чувствовала облегчение. Солнце ярко светило в окна гостиной, навевая умиротворение. Враги Шияссы повержены. Но, для того чтобы вернуться домой, мне предстоит сделать еще очень много всего."
