Те, по которым с обидчиков нужно было виру кровью брать, как ты сделал. Им такое нравится. А что до поляны той, так капище их там было. Точнее, и есть. Да только не все его увидеть могут.
– Но ведь оно потом исчезло, – растерянно прохрипел осевшим голосом Слава."
"– Верно. Потому и не все это капище увидеть могут. Только те, кто своими руками кровь человеческую пролил, или те, кто уже никому об этом рассказать не сможет.
– Это в смысле убийцы и смертники? – криво усмехнулся Слава.
– Дурак ты, – беззлобно выругалась Александра Васильевна.
– Не душегубы, а те, кто виру кровью взял. И те, кому вскоре умереть суждено. Понравился ты им, вот и спасли они тебя.
– Старые – это в смысле славянские? Вроде в те времена такие вещи практиковались, – подумав, уточнил Слава.
– Славянские? Нет, сынок. Во времена славян они уже старыми были, – покачала головой старушка. – Да ты не бойся. Они своё дело сделали. Больше ты про них не услышишь.
В горнице повисла напряжённая тишина. Уткнувшись взглядом в столешницу, Слава старательно обдумывал полученную информацию, не веря собственным ощущениям.
Услышанное не укладывалось в голове. Он, автомеханик, человек из реального мира, и старые боги…
– Где дом, где Кура? – проворчал Слава, вспомнив старый спектакль. – А вы-то откуда всё это знаете?
– А сам-то как думаешь? – лукаво улыбнулась Александра Васильевна.
– Только не говорите мне, что вы колдунья или ведьма. Не поверю, – покрутил головой Слава.
– Почему? – удивилась женщина.
– Вы добрая, а в сказках такие персонажи всегда злые, – развёл он руками.
– Ведьма от слова ведать, – рассмеялась женщина. – Травница я. Потому и знаю много такого, что другим не ведомо. Предки мои сюда в двадцатых годах прошлого века переехали. Казаки. Тут считай вся деревня из казаков была. Да только кончились все. Нет больше родов этих.
– Выходит, вы родовая казачка? – припомнив кое-что из рассказов бабушки, спросил Слава.
– Верно.
– А дети? – осторожно поинтересовался Слава, опасаясь нечаянно наступить на больное.
– В городе жили. Нет больше никого, – резко помрачнев, тихо ответила она.
– Простите. Так что всё-таки случилось? Сколько времени со дня моего провала прошло? – спросил Слава о самом главном.
– А сам как думаешь? Ты ведь давно уже всё понял. Просто себе в этом признаться боишься. Скажи. Не держи в себе. Легче принять будет, – тихо посоветовала женщина, участливо глядя ему в глаза.
