– В сроках могу ошибаться, но думаю, где-то с полгода прошло, – буквально выдавливая из себя слова, еле слышно ответил Слава.
– Всё верно. Не ошибся, – удовлетворённо кивнула Александра Васильевна.
– Выходит, была ядерная война? – дрогнувшим голосом спросил Слава.
– Ядерная или нет, не скажу, – вздохнула женщина, – но то, что Земля почти пустая стоит, точно.
– Так не бывает, – упрямо качнул головой Слава. – После ядерной бомбардировки должна была зима начаться. Да и вообще, Земля вряд ли бы уцелела.
– Подробности не у меня спрашивай, – пожала старушка плечами.
– Я говорю только то, что сама знаю.
– Значит, придётся знающих людей искать, – вздохнул Слава.
– Найдёшь. Ты упрямый. Только помни, сейчас далеко не все люди такие, как те, с которыми ты привык общаться. Некоторые за любую мелочь убить могут. Или в спину выстрелить, чтобы просто ограбить. Не все, конечно, но многие. Так что будь осторожен, – вздохнув, посоветовала женщина. – Думай, прежде чем кому-то на помощь бросаться.
– В каком смысле? – не понял он.
– В прямом. Тут недалеко несколько раз было, что кто-то из себя жертву изображает, а кто-то в засаде сидит. Так что прежде чем на помощь бросаться, осмотрись как следует. Жизнь человеческая уже ничего не стоит.
– А вас не трогают? – вкурив информацию, спросил Слава.
– Боятся. Во всей округе я одна травами лечить умею. Лекарств-то больше не делают, а заболеть каждый может. Сунулись пару раз, да быстро поняли, что со мной связываться себе дороже.
– Ясно, – помолчав, кивнул Слава.
– Что ж. Спасибо за чай, за науку. Поеду я.
– Завтра поедешь. Торопиться тебе теперь некуда, а я хоть с нормальным человеком поговорю. Да и проверить мне кое-что надо. Не спеши. Лучше помоги мне. Дрова колоть умеешь?
– Конечно.
– Вот и займись. А я пока баню затоплю. Переночуешь, а утром поедешь, – решительно скомандовала Александра Васильевна.
– Банька – это здорово, – усмехнулся Слава, вставая из-за стола.
* * *Подполковник Евсеев служил в отряде ОМОНа уже семнадцать лет, семь из которых этим самым отрядом и командовал.
Повидать за это время пришлось многое. И кавказские конфликты, и Приднестровье, и стычки с террористами, и выходки футбольных фанатов… В общем, бывало всякое, и не всегда приятное. Но всегда, во всех окопах, палатках и других местах временной дислокации, он твёрдо знал, что служит своей стране. И пусть звучит это высокопарно, напыщенно, это было его личное мнение, а на мнение других ему было наплевать с высокой колокольни.
