Пока не встает адвокат Дятлов и не произносит то, от чего по мне от макушки и до самых пальчиков проходит разряд сравни электрическому…
Глава 33
Слушаю адвоката истца, который заявляет ходатайство о замене представителя стороны ответчика.
На вопрос суда о причинах Дятлов на голубом глазу отвечает: “Личные отношения между клиентом и адвокатом”.
Я не верю собственным ушам. Но…
Дальнейшие слова представителя ответчика: “Прошу приобщить к материалам дела следующие фотографии, подтверждающие мои доводы, что адвокат Вишнёва В.
В. находится в тесных личных отношениях с ответчиком Парамоновым П.К.” – меня повергают в шок. Но…
Поймав на себе колкий взгляд взгляд судьи Кравченко, передергиваю плечами, потому что понимаю: происходящее - это моя реальность. Потому как…"
"Суд удовлетворяет ходатайство стороны истца и отстраняет меня, адвоката стороны ответчика Вишневу В.В., от участия в процессе. Слушание дела откладывается на время, необходимое для заключения законным представителем соглашения на защиту интересов Парамонова П.
К. с другим адвокатом.
От происходящего на меня нападает кататонический шок.
Я в прямом смысле столбенею. Чувствую себя несколько странно.
У меня ощущение, что я попала в какой-то сюр или в дурацкую комедию положений.
И это все не про меня, а про какого-то другого человека.
Внутри моей черепной коробки такой жар, словно это мартеновская печь или кратер вулкана. Но…
В противовес полыханию огня меня начинает потряхивать, будто нахожусь в морозильной камере.
Не желая показывать свои настоящие эмоции, старательно держу лицо.
Иду на выход из зала судебного заседания с совершенно прямой спиной и гордо поднятой головой.
С мыслью: ""Зараза!"" - прохожу мимо жены Парамона и адвоката Дятлова. На лицах этих двух улыбки победителей.
От их взглядов у меня зудит в трех точках - в затылке, на спине между лопатками и на заднице в районе копчика.
Мне ужасно хочется обернуться и показать им язык. Но...
Я иду, мурлыча слова припева песни Агутина “Королева”: “Леди number one – королева.
Но никто не увидит, но никто не узнает…”
Из здания суда не выхожу, а выбегаю.
По дороге еле сдерживаюсь, чтобы не послать Олега Романовича – юриста Парамонова.
Не делаю этого, потому что меня душат эмоции и слезы…
Хочется рыдать, кричать, топать ногами. Но больше всего...
Заехать по наглой роже азартному Парамоше.
В двух шагах от моего “кАена” опять вижу черный бегемот без знака бренда и амбалов-охранников.
