Да, ты бы хотела, чтобы он был внизу, правда? И ты знаешь, я умею делать это, как надо.
Она обхватила голову руками.
— Я не хочу, чтобы мы так расставались. Ссорясь.
— Но ведь это тебя не остановит, так? Только не тебя — суперсильную Мэри. Нет, ты просто уйдешь прочь, в свой мир…
— Чтобы болеть, Рейдж! Я оставляю тебя, что бы болеть, понятно? Завтра я иду к врачу. Дома меня не ждет никакой веселой вечеринки.
Он уставился на нее.
— Ты думаешь, что я недостоин того, чтобы поддерживать тебя?
— Что?
— Ты не позволишь мне поддерживать тебя во время твоей болезни?
Она вспомнила, как тяжело ей было видеть его боль и не иметь возможности хоть чем-то помочь ему.
— Зачем тебе это? — Шепотом спросила она.
Рот Рейджа скривился, словно она ударила его.
Он вскочил с кровати.
— Да пошла ты, Мэри.
Он сунул ноги в пару кожаных штанов и сдернул с вешалки рубашку.
— Собирай вещички, дорогая. Тебе больше не придется иметь дело с бродячим псом. — Он просунул руки в рукава рубашки и натянул ее через голову.
— Ви установит необходимые системы безопасности у тебя дома. Это может занять у него много времени, но пока он не закончит, ты будешь спасть в другом месте. Один из додженов покажет тебе твою новую комнату.
Она встала с кровати, но прежде, чем смогла подойти к нему, он остановил ее тяжелым взглядом."
"— Ты знаешь, Мэри, я заслуживаю этого. Правда, заслуживаю. Я проделывал все то же самое с огромным количеством женщин: просто уходил, и мне было наплевать на них. — Он открыл дверь. — Хотя им все же повезло больше.
По крайней мере, они не помнили меня. И, черт, я бы убил ради того, чтобы забыть тебя сейчас. Правда, убил бы.
Он не хлопнул дверью. Просто осторожно закрыл ее.
Глава 32
О нагнулся над гражданским и затянул тиски посильнее. Он поймал вампира в центре города рядом с «Орущими», и пока только что возведенный центр убеждения не подводил. Он также добился некоторых успехов в работе со своей жертвой. Оказалось, что парень был косвенно связан с Братством.
При обычных обстоятельствах, О был бы близок к самой настоящей эрекции от достигнутого.
Но вместо этого, глядя в остекленевшие глаза вампира, бьющегося в судорогах, он лишь видел Омегу. И себя. Под этим тяжелым телом. Беспомощного. Сходящего с ума. От боли.
Эти воспоминания сжали его внутренности леденящим ужасом. Он отвел глаза. Когда вампир застонал, О почувствовал слабость в коленях.
Черт, ему пора собраться с силами.
О откашлялся. Втянул в себя немного воздуха.
