Она глубоко дышала и не двигалась, бедра были напряжены, пока она пыталась привыкнуть к нему.
— Ты такая тугая. — Рейдж застонал. Губы разомкнулись, обнажая зубы, сверкнули клыки. — О… Боже, я чувства тебя всем телом. Мэри.
Его грудь быстро вздымалась, живот был так сильно напряжен, что мускулы отбрасывали тени. Когда он сжал ее колени, его зрачки расширились так сильно, что голубизны в глазах почти не осталось. А потом они блеснули белым."
"На лице Рейджа промелькнула паника. Он потряс головой, словно пытаясь прочистить ее, и на его лице появилось выражение сосредоточенности.
Медленно его зрачки снова становились черными, как будто повинуясь его приказу.
Мэри перестала сосредотачиваться на нем, и обратилась к себе самой.
Не заботясь ни о чем, кроме того места, где были соединены их тела, она уперлась в его плечи ладонями и подалась вверх. Движение было электрическим, и всполохи наслаждения, которые она почувствовала, позволили ей легче принять его обратно. Она скользнула вниз по его эрекции и подалась вперед, потом повторила это снова, и снова, и снова.
Она медленно ритмично скользила, каждое движение вниз растягивало ее изнутри, вверх — покрывало его шелковой реакцией ее тела.
Она руководила им с все возрастающей уверенностью, забирая все, чего желала. Длина, толщина и жар его плоти рождали глубоко в ней дикий, разрывающийся узел энергии. Она открыла глаза и взглянула вниз, на него.
Рейдж был идеальной картинкой мужского экстаза.
Испарина покрывала его широкую грудь и плечи. Голова была откинута назад, подбородок вздернут, светлые волосы разметались по подушке, рот приоткрыт. Он наблюдал за ней сквозь смеженные веки, взгляд скользил по ее телу, задерживаясь на лице, груди и в том месте, где были соединены их тела.
Словно он был полностью покорен ею.
Она зажмурила глаза и попыталась выкинуть из головы обожание, светившееся в его взгляде. Если бы она не сделала этого, то потеряла бы ту нить, что вела к взрывному наслаждению внутри нее, потому что при одном взгляде на него, ей хотелось заплакать.
Оргазм накрыл ее почти сразу. С оглушительной силой наслаждение прокатилось по ней, лишая ее зрения и слуха, дыхания и сердцебиения, и ей оставалось лишь в изнеможении упасть ему на грудь.
Когда ее дыхание замедлилось, она поняла, что он осторожно гладит ее по спине и шепчет ей тихие нежные слова.
Ей стало стыдно, и слезы подступили к глазам.
