Самоконтроль Мэри унесло прочь взрывом ярости такой силы, что она не могла выговорить ни слова. Он любит ее? Он не знает ее. И он был с другой… Гнев закипел с новой силой, когда она представила его с другой женщиной.
Внезапно Рейдж спрыгнул с кровати и подошел к ней, словно чувствовал ее эмоции и подзаряжался от них."
"— Я знаю, что ты злишься, боишься, что тебе больно. Вымести это на мне, Мэри — Он схватил ее за запястье, чтобы она не могла убежать, но не мешал ее попыткам вырваться. — Используй меня, чтобы облегчить боль.
Позволь мне почувствовать это своей кожей. Ударь меня, если нужно, Мэри.
Черт бы ее побрал, ей очень этого хотелось. Казалось, вся сила, внезапно родившаяся в ее теле, направлена именно на это.
Но она не животное.
— Нет. Теперь опусти меня.
Рейдж крепче обхватил ее запястье, и она снова начала вырываться из его сильной хватки, помогая себе всем телом, пока не почувствовала боль в плече. Рейдж легко утихомирил ее, повернув ладонь другой стороной так, что ее напряженные согнутые пальцы оказались сверху.
— Используй меня, Мэри. Позволь мне испытать эту боль вместо тебя. — В одно мгновение он провел ее ногтями по своей груди, а потом обхватил ладонями ее лицо. — Позволь мне страдать за тебя. — Его губы коснулись ее рта. — Отпусти свой гнев.
Да поможет ей Бог, она укусила его. Прямо в нижнюю губу. Просто впилась зубами в его плоть.
Когда что-то грешно прекрасное коснулось ее языка, Рейдж застонал в одобрение и прижался к ней теснее.
Мэри всхлипнула.
В ужасе от того, что только что сделала, испуганная тем, что могла сделать дальше, она попыталась вырваться, но он удерживал ее на месте, целуя, говоря, что любит, повторяя все это снова, и снова, и снова.
Твердая, горячая длина его возбуждения уткнулась ей в живот сквозь полотенце. Он потерся об нее, его тело было полно грешным, бьющимся обещанием секса, которого она не хотела, но в котором нуждалась так, что все внутри нее сводило судорогой.
Она хотела его… хотя знала, что он трахал других женщин.
Сегодня ночью.
— О, Господи… Нет… — Она мотнула головой, отворачиваясь, но он поймал ее за подбородок и вернул на прежнее место.
— Да, Мэри. — Он целовал ее яростно, его язык пульсировал у нее во рту. — Я люблю тебя.
Что-то внутри нее щелкнуло, и она оттолкнула его назад, вырвавшись из объятий.
Но вместо того, чтобы побежать к двери, она беспощадно уставилась на него.
На его груди виднелись царапины. Его нижняя губы была прокушена. Он задыхался.
