Она глубоко вздохнула и почувствовала приятный, эротичный аромат. Темный, острый, возбуждающий. Она почувствовала влажный отклик своего тела между ног, словно он поцеловал или прикоснулся к ее естеству.
— Что это за запах?
— Я, — прошептал он около ее рта. — Это происходит, когда мужчина связывается. Я ничего не могу поделать с этим. Если ты позволишь мне продолжать, он пропитает все твое тело, волосы. Он будет внутри тебя тоже.
С этими словами он вошел в нее глубже. Она выгнулась от удовольствия, позволяя жару растекаться по телу.
— Я не смогу пережить еще раз то, что случилось сегодня, — простонала она, скорее для себя, чем для него."
"Он остановился и прижал ее голову к своей груди.
— Никогда, Мэри. Клянусь своей честью.
Глаза его были серьезными, но такую клятву она могла бы получить от любого живого существа. Но то облегчение, что она почувствовала, когда он дал залог, испугало ее.
— Я не полюблю тебя, — сказала она. — Я не могу позволить себе. Я не буду.
— Хорошо. Я буду любить за двоих.
Он снова вошел в нее, заполняя собой ее глубины.
— Ты не знаешь меня.
Она вцепилась ему в плечи и поцеловала ключицу. Вкус его кожи был удивительно приятным, его особенный запах проникал в ее рот.
— Нет, знаю. — Он толкнулся назад, смотря на нее с животной ясностью и убеждением. — Я знаю, что ты защищала меня, когда взошло солнце и я был совершенно беспомощен. Я знаю, что ты заботилась обо мне, несмотря на свой страх. Я знаю, что ты кормила меня. Я знаю, что ты воительница, выжившая, Прошедшая.
И я знаю, что твой голос — это самое прекрасное, что когда-либо касалось моего слуха. — Он нежно поцеловал ее. — Я знаю о тебе все, и все, что я вижу, прекрасно. Все, что я вижу, мое.
— Я не твоя, — прошептала она.
Отказ не расстроил его.
— Хорошо, если я не могу владеть тобой, владей ты. Возьми всего меня, часть меня, маленький кусочек меня, сколько хочешь. Только, пожалуйста, возьми хоть что-то.
Она потянулась к его лицу, поглаживая идеальные линии щек и подбородка.
— Ты не боишься боли? — Спросила она.
— Нет. Но я могу сказать тебе, что до смерти пугает меня. Потерять тебя. — Он посмотрел на ее губы. — Теперь, ты хочешь, чтобы я вышел? Потому что я это сделаю.
— Нет, останься.
Не закрывая глаз, Мэри потянулась к его губам, проникая языком в глубины его рта.
Он вздрогнули и начал двигаться в равномерном ритме, погружаясь глубже и отодвигаясь назад, раскачивая их тела.
— Ты само… совершенство, — сказал он, слова вырывались в унисон с ударами бедер.
