А запасную обойму, оказавшуюся в том же кармане, убрал под носок, прикрытый штаниной. Про дополнительное вооружение напарнику решил ничего не говорить.
Но долго задерживаться, рассматривая поверженного противника, Тамаров не собирался. Он быстро обшарил обширные карманы «разгрузки», нашел пачку галетного печенья и завернутый в целлофан подтаявший кусок сала, потом вернулся к первому противнику, обнаружил, что тот пытается перевернуться и встать на четвереньки. Эти безобразные попытки требовалось немедленно прекратить, что Тамаров и сделал одним дополнительным ударом.
В карманах этого бойца нашлась банка кильки в томатном соусе. Но ни хлеба, ни даже печенья, к сожалению, не нашлось. И, только завершив все это, подполковник снова вышел к краю кустов, чтобы встретиться с Мерабидзе, однако Бессариона видно не было, хотя по времени пора бы ему было и возвращаться. Беспокойства, впрочем, от задержки не возникло, потому что в случае какого-то обострения ситуации обязательно послышался бы шум. Подождав пару минут, Тамаров недоуменно пожал плечами и двинулся напарнику навстречу, надеясь, что тот уже идет на соединение.
Но и встречных шагов слышно не было.
В этот момент ему позвонили. Артем Василич вытащил трубку и глянул на определитель номера, считая, что звонить могут и вертухаю, недавнему еще хозяину трубки. Оказалось, звонит жена.
– Я слушаю… – шепотом сказал он.
– Тема… Говорить можешь?
– Нет. Я позже перезвоню…
– Я жду…
2– Вижу часового… – уже через полторы минуты доложил Нахимов.
Подполковник Бурлаков свой бинокль поднял, но, не имея тепловизора, сквозь листву и густющую хвою ничего разобрать не смог. И лишний раз порадовался, что сам лично позаботился о сохранении трофейного прицела, когда из Москвы дважды запрашивали его наличие. Кто-то, грубо говоря, «капнул», что в одном из боев по уничтожению банды был убит снайпер-араб. Винтовка у снайпера, по оценке снайперов бригады, была тоже хорошая, но стреляла какими-то экзотическими патронами, достать которые возможности не представлялось.
Чтобы не «засветиться», винтовку спрятали до случая на собственном оружейном складе и не включили ни в какие реестры отчетности. Подполковник Бурлаков лично решил, что в Москве могут и без прицела с тепловизором обойтись. А прицел передал снайперу лучшей роты в бригаде. Тем не менее история со снайпером-арабом всплывала дважды. Кому-то очень хотелось такую винтовку заиметь. И, скорее, не саму винтовку, а именно прицел.
