Все-таки передвижение на колесах значительно сокращает время пути. И ноги бережет…
* * *– У вас что, в грузинской разведке все агенты-аналитики так ногами работают? – невинно поинтересовался Тамаров, когда они, объехав через поле поселок, уже на дорогу выбрались и имели возможность ехать до следующего населенного пункта, где дорогу пришлось бы опять покинуть. – После каждого пинка можно гроб заказывать…
– Нет, только те, кто имеет такого старшего брата, как у меня… – проявил Бессарион приличествующую моменту скромность.
– Инструктор спецназа? – спросил Артем Василич.
– Хуже… Он вообще не военный. Он тренер по кекусинкай[10]. Меня с детства натаскивал. Чему-то, оказывается, научился…
– А перебежки в маскировочном режиме – тоже его уроки?
– Конечно… – кивнул Бессарион, не отрывая взгляда от дороги, и тут же, чтобы избежать продолжения неудобного для него разговора, перешел на другую тему: – А ты, Василич, я заметил, ногами предпочитаешь не бить. Почему?"
"– Необходимости не вижу.
Считаю непродуктивным задирать ноги выше пояса. От такого удара и защититься проще, чем от руки, и тренированная рука бьет гораздо резче ноги. Про точность удара я уже не говорю. В моем понимании, самый высокий допустимый удар ногой – это коленом в печень. Да и то, если сцепился с противником и он твои руки не выпускает. Так обычно борцы делают… У них хватка медвежья, вцепятся, а потом думают, что сделать… Долго думают… Лучше сначала лоу-кик[11] им прописать, потом коленом в печень… Они падают, а хватку не разжимают.
Тогда уже рукой добивай. Короткими ударами… В болевые точки…
– Меня слегка иначе учили, но это – ладно… Сколько мы проехать сможем?
– Сколько сможем, столько и проедем. На постах останавливаться не будем… Стрелять только по необходимости…
– Хорошо бы эту машину бросить и другую найти… Мыслей таких нет?
Ответить Тамаров не успел. В кармане Бессариона зазвонила трубка. Не снижая скорости, грузинский подполковник нажал на клавишу ответа.
Разговор опять велся на грузинском языке. Но был уже более спокойным, чем прежний. Бессарион горячности не показывал и, похоже, обрисовывал ситуацию, в которой оказался. Потом долго выслушивал советы, изредка что-то отвечая. Наконец, разговор закончился.
Подполковник Тамаров ждал какого-то сообщения. От нечего делать Бессариону звонить не будут. Не в той он ситуации, чтобы кто-то захотел поболтать с ним.
– Можешь радоваться… – сказал Мерабидзе.
