Более того, он даже не знал, сколько ему самому отпущено времени на то, чтобы просто вот так сидеть. Взошло уже солнце, и в воздухе висела легкая утренняя прохлада. Но он этого, казалось, не замечал. Тамаров находился в легкой полудреме, был полностью расслаблен и отдыхал так, дожидаясь звонка от Александра Григорьевича. По большому счету, пока рядом взвод спецназа, можно было бы позволить себе полноценно выспаться, но Тамаров хорошо знал, что сейчас он находится в жестком продолжительном самокодировании, вызванном рабочим состоянием, и будет крепиться долго еще.
А если выспится, внутренне расслабится, то наступит некоторое утомленное состояние, которое может помешать работе. И потому продолжал бодрствовать."
"Мысли в голове мелькали разные, но все они к одному сходились. Как странно устроена жизнь… Вот этот парень, подполковник грузинской разведки… Стоило ли ему забираться в соседнюю страну, чтобы остаться здесь навсегда? Он же по большому счету враг для Артема Василича. Самый настоящий и серьезный, который собирался воспользоваться положением попавшего в беду сильного человека и использовать его в своих целях, свои интересы преследуя.
И при этом сам подполковник Тамаров должен ненавидеть своего врага. А он сидит рядом и держит пальцы на его глазах, чтобы веки не поднимались и застыли в закрытом положении. Никогда не доводилось так вот закрывать глаза боевикам. И невозможно это даже представить. А если все же представить, что вот так же они пойдут с кем-то из боевиков в паре, каждый преследуя свои интересы, но, поскольку оба люди, может быть, и неплохие, будут испытывать друг к другу симпатию.
И если один погибнет, другому будет больно, и другой будет закрывать погибшему глаза. Врагу своему…
– Товарищ подполковник, – оказался рядом старший лейтенант Распекаев, показывая свою трубку. – Подполковник Бурлаков не может до вас дозвониться.
– Не может? – не понял Артем Василич, вытащил трубку и увидел погасший экран.
Он все же нажал кнопку управления меню, но увидел надпись: «Батарея разряжена».
Трубка ему досталась старенькая, со слабыми аккумуляторами. Да и заряжали ее, видимо, давно. Тамаров улыбнулся и выбросил трубку. И сделал вид, что не заметил, как подобрал ее один из солдат.
– Давай, с твоей поговорю…
– Минутку. Я номер наберу… – сказал старший лейтенант и стал что-то переключать. Отыскивал, видимо, последний звонок. Потом передал трубку Тамарову.
– Александр Григорьевич, у меня в трубке аккумуляторы разрядились.
– Посмотри трубку Мерабидзе.
