Уже есть!
Илья говорит об этом своему другу спокойно, буднично, а тот… ни разу не удивился!
Смотрю на них по очереди: один лжец, а второй… Выходит, Дмитрий покрывал моего мужа? Он знал, что у мужа есть ребенок и не говорил! А я-то считала Диму и его жену Наташу друзьями нашей семьи. Близкими…
Сколько раз он садился за стол в нашей столовой, сколько раз хвалил мою неидеальную, но очень старательную стряпню, а эти подмигивания и пожелания скорого потомства!
Теперь я воспринимаю их как издевку, как насмешку!
Дмитрий переводит взгляд в тарелку и намеренно увлеченно начинает есть суп с клецками, который подают в этом заведении по понедельникам.
Ненавижу понедельники!
— Ксюш, — выдыхает муж.
Вытирает губы салфеткой, предложив.
— Давай в сторону отойдем, — говорит мирно.
— Я хотела сделать тебе… сюрприз.
— Что?
— С-с-сюрприз, — шепчу тихо, умирая от боли. — Годовщина.
По его взгляду понятно — снова забыл.
Я раньше думала, что он очень сильно занят на работе, поэтому забывает о мелочах. О важных, приятных датах… Я все-все даты бережно храню в памяти: день знакомства, первый поцелуй, первый секс.
День, когда он предложил выйти за него. Свадьба — само собой, разумеется!
И много-много чего еще…
Я даже старалась не обижаться, для занятых мужчин такие даты могут показаться пустяковыми. Тем более, у него всегда есть я, чтобы напомнить и наполнить обычный день приятными событиями.
Как сильно я хотела детей… Сначала он говорил: доучись в универе, найди себя. Успеем родить.
И я искренне считала, что он обо мне заботится! Любит не только как жену, но и ценит как личность, как человека…
Выходит, мотивы у его «заботы» совсем другие!
Оказывается, у него уже есть ребенок.
Следом за этой мыслью приклеивается и вторая: к ребенку прилагается его мама. Ма-ма. Женщина. Девушка. Та, с которой он… спал, трахался, в которую кончил хорошенько и заделал ей ребенка.
Не знаю, кто она такая, кто эта стерва, но уже не выношу ее!
Одного факта ее существования не выношу!
У него есть… ребенок… на стороне!
Эта новость точно станет началом конца…
Сглатываю горький ком, вставший в горле, и начинаю пятитсья, спиной вперед.
— Ксюш, постой!
Муж встает, бросает салфетку на стол, тянется за телефоном, а я резко срываюсь с места и бросаюсь бежать.
Слезы душат!
Невозможно сдержать эмоции.
За спиной гремят шаги мужа и его голос летит мне вслед.
— Ксюша, постой. Глупо убегать! Постой же ты!
Голос Ильи, как всегда, уверенный, сильный и чуточку раздраженный.
