— Ну, это как сказать… — Боец задумчиво присаживается на сиденье байка, машинально ищет пачку, потом, видно вспомнив, что больше не курит, вздыхает и достает пакет с леденцами, предлагает мне, — хочешь?
— Сам соси! — рычит Колян с досадой, — бляха муха! И они, что ли, туда же? А я чего не в курсе?
— Так надо было в субботу приезжать, все и узнал бы. Двойня, похоже.
— Да надоело мне от ваших баб отбиваться, — Колян, кривясь, отворачивается, смотрит на девушку, все еще стоящую на остановке, — опять начнется: «Сколько можно, Коля, тебе уже много лет.
Пора становится нормальным, Коля…». Блин!
— Ну а ты приводи кого-нибудь.
— Кого? Анжелку из «Сюрприза»? Машку из налоговой? Таньку из «Кофелайк»?
— Ну да, — соглашается Серега, задумчиво посасывая конфету, — не дай Бог трепанут одним про других…
— Вот-вот! Оно мне надо?
— Слышь, а может, они правы? А? И тебе в самом деле?..
— Давно ты умный такой стал, Боец? Давно карманным заделался?
Коляна начинает нести, злость и досада перекрывают впечатления от хорошей гонки и неожиданной встречи на одной из улиц города с другом.
— Ну ладно, Колян, ладно…
Серега кивает, а потом говорит осторожно:
— Но вообще жаль, что нет постоянной, много теряешь. Знаешь, какой кайф, когда твое? Когда реально твое? У тебя так вообще не было?
Колян молчит. Смотрит в сторону, на девушку на остановке. Потом отвечает нехотя:
— Не то, чтоб было, но…
— О как! А ну давай подробности! — оживляется Серега.
— Да нет никаких подробностей.
Так. Баба одна понравилась, недавно. Училка в школе.
— А тебя каким боком в школу занесло? — удивляется Боец.
— Да Валька попросила за Ленкой последить, вот и пошел на собрание родительское.
— Ты? На родительское?
— Да, а че такого? Ну вот че ты ржешь? Не буду ничего говорить! — с досадой отворачивается Колян.
— Ну все, все. Сорри, брат. Я просто картину прикинул. Ну и что там с училкой?
— Да ничего… Злючка она, дикая какая-то. Я к ней и так и сяк. А она — ни в какую.
— А ты?
— А я — не дурак, чтоб возле одной бабы прыгать, когда вокруг такое разнообразие!
Серега смотрит на самоуверенно сделавшего заявление Коляна и неожиданно хлопает его по плечу:
— Ну и правильно, брат. Не надо нам больше училок. Ленки Шатровой за глаза! Они, училки, знаешь, какие… Всю душу высосут. Помнишь, какой Даня ходил больше года?
— Ага, — кивает Колян, — дурак дураком.
— Вот-вот. Ладно, поехал я, мне еще Аленке памперсы покупать.
